– Да… – озадаченно протянул я. – А куда ты пойдешь?

    – Куда глаза глядят, – усмехнулся Бэзил. – По Атхарте хоть миллион лет ходи, всего не увидишь. Честно говоря, я рассчитывал пуститься в этот вояж вместе с Алексом. Но этот липовый Терентий сбежал не простившись. И кстати, после разговора с тобой. – Бэзил снова прищурился. – Впрочем, это ваши дела. А ты, Грег, не хочешь составить мне компанию? – неожиданно предложил он. – По-моему, тебе давно пора проветриться. Открою секрет: старушка Гиппи уступила мне свой корабль. Так что пойду по Морю под черными парусами. И для тебя нашлось бы место юнги.

    Даже сейчас, танцуя от нетерпения, как скаковая лошадь, я задумался. Море… Корабль под черными парусами… Невидимый горизонт. Морские диковины – наверняка создатели Моря позаботились и о них. Уйти сейчас же. Все бросить, все забыть…

    Я понимал, что Бэзил зовет меня неспроста. Он хорошо меня знает, чувствует, что я отважился на какую-то отчаянную глупость, и предлагает мне выход…

    Стоп. Все это ерунда. К чему сомнения, когда все решено?

    – Извини, Бэзил. У меня другие планы, – твердо сказал я.

    Мой друг пожал плечами: дескать, была бы честь предложена. Пружинистой кошачьей походкой он пошел прочь и на прощание, не оглядываясь, помахал рукой.

    69

    Дорога от «Шамбалы» шла по гребню возвышенности, пейзаж прекрасно просматривался в обе стороны. Слева – золото реки и сбегающие к ней маковые поля. Справа – серебро озера, блестевшее между белых дюн. Надо всем этим висел неизменный в Хани-Дью прохладный летний день. По небу строем ползли облака, их тени дисциплинированно повторяли тот же путь по полю. Солнце то зажигалось, то гасло.

    Я шел, увлеченно щелкая клавишами телефона. Мне предстояла нелегкая задача: я планировал убийство. И прилагал к этому изобретательность и методичность, на которую способен только сумасшедший.

    Смерть должна быть мгновенной. Нож, яд, пистолет. Тяжелым предметом по голове. Я тщательно взвесил каждый вариант. Воображение моделировало соответствующие картинки. Некоторые из них я отмел с содроганием. Не могу. Но подать бокал с отравленным вином – смогу. И нажать на спусковой крючок смогу. А поскольку я понятия не имел, где нынче берут яды, то пистолет занял в рейтинге первое место.

    Итак, мне нужен таксист: а) имеющий при себе оружие и б) умеющий с ним обращаться. Представитель криминального мира. Или милиционер.

    Я продолжал выбирать маршрут на телефоне. Ну и рожи… Что одни, что другие. Сурок испугается и все поймет. А этого нельзя допустить ни в коем случае. Она начнет умолять, я не выдержу, и все пойдет прахом. Я же не зверь какой. Я просто хочу счастья для нас обоих.

    А, вот, кажется, нормальное лицо. Даже интеллигентное. Оперуполномоченный Слепышев. И фамилия символичная: кому, как не ему, стать слепым орудием судьбы?

    – Жребий брошен, – вслух произнес я. Настроил телефон на таксиста и нажал кнопку.

    И очутился за письменным столом, заваленным картонными и пластиковыми папками. Я едва вписывался в свободное место локтями. Передо мной лежал наполовину исписанный бланк протокола. На потолке дребезжала лампа дневного света. Стены были выкрашены в грязно-зеленый цвет, а в углу стоял потертый дерматиновый диван.