Ну а потом начался просто цирк.

Да, именно цирк. Не в переносном, а в прямом смысле этого слова.

К нам в город прибыл передвижной цирк-шапито. Со зверьми, борцами и акробатами. Огромный шатер и вагончики обустроились на окраине города, на пустыре, где по государственным планам через год должна была разместиться спичечная фабрика.

Событие для города, не избалованного культурными новациями, было значительное. Естественно, народ начал ломиться на представления. Пацаны со всего города толпились, мечтая просочиться без билета и взглянуть на дрессированных медведей. Билеты тут же стали в большом дефиците, но, конечно, не для нашей организации. Должен же кто-то присматривать за беспокойным цирковым народцем, чтобы крамолы на сцене не было, которая встречалась не раз на выступлениях гастролировавших еще недавно по всей стране иностранных цирков. Вот и положь контрамарку на стол.

В субботу вечером я предъявил Варе эти самые контрамарки, и в воскресенье, являвшееся единственным и долгожданным выходным днем в неделю, мы отправились культурно развиваться.

На площадке перед цирком продавали баранки, ситро и бутерброды, правда, по немилосердным нэпманским ценам. Настроение царило праздничное. И с меня даже чуть смыло напряжение после последних событий. Все же никому не удается привыкнуть к тому, что тебя в очередной раз пытаются убить, и ты опять чудом остаешься жив. Как ни хорохорься, а осадочек остается. И ночью спать тяжело. И рука сама тянется к стакану с водочкой, но еще дядя Сева учил, что это не наш метод. Страх необходимо перебарывать в ясном сознании. И для этого рекомендуется переключиться на что-то радостное и яркое. Вот я и переключился.

Суета в шатре улеглась. Зрители удобно устроились на скамьях. И началось представление.

Подобные выступления я видел не раз. В принципе, они не сильно отличаются друг от друга. Разве только отточенностью и мастерством труппы. Прибывшие в Углеградск циркачи звезд с неба не хватали, но были вполне крепкими середнячками. Поэтому медведи ревели на все деньги. Акробаты выстраивали акробатические пирамиды. Клоуны кувыркались и смешили публику. А зал, как положено, взрывался аплодисментами, криками, свистом, а иногда просто замолкал в тревожном ожидании, когда исполнялся очередной «смертельный номер».

Варя воспринимала все настолько искренне и восторженно, что я больше любовался ей, чем циркачами Она хватала меня за руку. Ойкала в драматические моменты. И в своем легком праздничном платье, сшитом своими руками, она была особенно обворожительна. Но дело не только во внешности – вон делопроизводительница больницы Анастасия Дятлова тоже недурна собой. Просто как будто изнутри моей девушки исходил лучистый свет, в котором смешались доброта, сочувствие и совершенство. Вообще, в Варе органично сочеталась детская непосредственность, романтическая возвышенность любительницы дамских романов и циничная стойкая практичность прирожденного медицинского работника. Она будет потрясающим врачом, просто создана для этого. Ну а я создан, чтобы ее оберегать.

Цирковая карусель залихватски крутилась. Звери, акробаты, клоуны. Антракт. Лимонад и бутерброды. И опять – клоуны, обезьяна и полет гимнастов под куполом.

Под конец представления, как гвоздь программы, самое для меня интересное и родное – вольная борьба.

Борцов было двое. Возили они друг друга по ковру с энтузиазмом и выплескивающимися наружу эмоциями, криками, угрозами и стонами. Однако я видел, что большинство самых острых моментов постановочные и театральные. Хотя ребята и правда были здоровенные.

С интересом отметил, что Варя не морщила нос от «мужланских забав», не строила из себя королеву, а на борьбу смотрела с интересом. И даже болела за одного из борцов, который в итоге и проиграл.

Ну и, как положено, ведущий представление шпрехшталмейстер во фраке кинул азартный клич:

– Кто положит нашего лучшего бойца?

В общем, кто положит циркового борца на лопатки, тому приз, восторг и уважение.