– Что вы предлагаете? – спрашиваю я, не обращая внимания на то, что у меня замирает в груди и светлеет в голове.

– Двухдневное путешествие на моем самом быстром корабле, – говорит Текарус, изучая меня, и нахмуривает брови. – Что заменит? Двенадцать часов полета на юг?

– Мы оценивали его в шестнадцать с грифонами и вашими текстами об исторических ветрах, – отвечаю я, отгоняя темноту. Давненько я так не нагружала себя, и, черт возьми, я за это расплачиваюсь.

– Я отправлюсь в течение часа с принцем, – предлагает Текарус. – Похоже, тебе нужен отдых…

– Она в порядке, – перебивает Ксейден. – Это я чувствую себя немного липким.

Я сдерживаю улыбку.

– Верно, – Текарус переплетает пальцы. – Я предлагаю вам приземлиться в моем поместье на северном побережье примерно через двенадцать часов после нашего прибытия. Это примерно в десяти милях к востоку от столицы, хотя они измеряют расстояние…

– Лигами, – перебиваю я. – Я прочитала все, что вы прислали, – все, что написал мой отец.

– Превосходно. Остальная часть побережья довольно… скажем так… защищена, и мне нужно будет подготовить короля к прибытию драконов, иначе мы вернемся домой с меньшим их количеством.

У меня сводит живот.

– Поверь мне, наш отряд вернется в целости и сохранности, – в тоне Ксейдена звучит предостережение, а его предплечье сгибается.

– Я уже беспокоюсь об одном вспыльчивом аристократе, – укоряет Текарус. – Стоит ли мне добавлять к этому списку второго?

– Если они придут за нашими драконами, то это не тот аристократ, с которым они будут иметь дело, – голос Ксейдена понижается до смертоносного спокойствия, которое пугает чуть больше, чем крик.

– Скажи, что поможешь его контролировать, – взгляд Текаруса останавливается на мне.

Я поднимаю подбородок.

– С чего ты взял, что тебе стоит беспокоиться именно о нем?

Текарус вздыхает.

– Я прослежу, чтобы у вас была карта, – он подносит переплетенные пальцы к подбородку. – Вы готовы потерять свои способности, когда будете пересекать океан?

– Да, – отвечает Ксейден. – Определенно готов к секундному облегчению.

– Будет интересно посмотреть, вернутся ли они к вам на суше. И вы принесли запрошенный артефакт для аудиенции? – спрашивает Текарус.

– Артефакт у Холдена. Он же и будет вести аудиенцию, – отвечаю я. На этот раз огромное эго Холдена работает в нашу пользу. Его настойчивое желание быть единственным наваррцем на встрече с королем освобождает Ксейдена и дает нам время найти торговца, о котором говорил мой отец.

– Отлично, – Текарус кивает. – На заметку… – он бросает взгляд между нами. – Я могу коллекционировать редкости, но король Кортлин скрывается с ними. Не уходите друг от друга, не афишируйте, какая вы редкая драгоценность, и любой ценой не заключайте сделки, которую не сможете выполнить.

•••

Спустя почти двадцать четыре часа мой доступ к магии иссяк на краю побережья, когда мы пролетаем над ним в лучах рассвета, обменивая силу на солнечный свет. Потеря ошеломляет, она неизмерима, и на мгновение мне становится жаль Джека Барлоу.

Впервые с той ночи, когда Тэйрн и Андарна обратились ко мне, я чувствую себя… маленькой, голой, лишенной той силы, которая за последний год не только придала мне сил, но и определила меня.

С очередным порывом ветра по моей коже пробегает дрожь, и Андарна вскрикивает высоко над головой. Я мотаю головой в ее сторону, когда звук эхом отражается от окружающих нас людей.

Тэйрн неожиданно падает, его взмахи крыльев затихают, и я дергаюсь вперед, нащупывая луку седла.