– Мне очень жаль, – я пересекаю пространство между нами, становясь между его ногами и поднимая руку к его шее, прямо над магически начертанными линиями его печати.

– Не стоит. Он имеет полное право беспокоиться, оставляя меня наедине с тобой, – он накрывает мою руку своей и опускает голову, медленно открывая глаза, от которых я не могу оторваться.

– Я доверяю тебе, – нет ни следа красного цвета.

– Не стоит, – он обхватывает меня за талию и прижимает к себе. От этого прикосновения моя кожа мгновенно нагревается, а в животе все переворачивается самым лучшим образом. – Я, блять, уверен, что единственная причина, по которой они с Боди не спят у подножия нашей кровати, заключается в том, что они знают, что я убил бы их за это и раньше, не говоря уже о том, что сейчас.

Не то чтобы мы что-то делали в этой кровати, кроме сна. Я могу ему доверять, но он точно не доверяет себе, по крайней мере, настолько, чтобы отпустить контроль в любой форме.

– В духе прозрачности я должна сказать тебе, что они хотели бы, чтобы я пересмотрела наши условия сна, – я провожу другой рукой по его теплой груди.

Его глаза вспыхивают, а рука крепко обхватывает меня.

– Может, тебе стоит.

– Этого не будет. Я сказал Имоджен, чтобы они шли на хрен.

Его рот озаряет улыбка.

– Не сомневаюсь.

– Они перестанут колебаться, как только ты вылечишься, – мой взгляд скользит по резной линии его челюсти, затем по подъему скул и локонам черных волос, упавших на лоб. Он все еще он. Все еще мой.

Его мышцы напрягаются под моими пальцами.

– Ты готова встретиться с Сенариумом?

– Да, – я киваю. – И не меняй тему. Я найду способ вылечить тебя, – я вкладываю в эти слова всю свою решимость и поднимаю на него брови. – Впусти меня, – это не просьба. К моему удивлению, он опускает щиты, и мерцающая ониксовая связь между нами укрепляется. – Сегодня ты использовал свою печать. В пределах защитных чар.

Он кивает, убирая свою руку с моей и полностью обхватывая меня руками.

– Я транслировал от Сгаэль.

Я наслаждаюсь тем, как его тело прижимается к моему, но не настаиваю на поцелуе.

– Она сказала тебе, что у нас проблемы?

Его взгляд падает в сторону, и он качает головой.

– Она все еще не разговаривает со мной. Летать чертовски неудобно.

Моя грудь грозит треснуть под тяжестью грусти в его тоне.

– Мне так жаль, – я скольжу руками по его спине и обнимаю его, поворачивая голову так, чтобы его сердце билось под моим ухом. – Она придет в себя.

– Не рассчитывай на это, – с рычанием предупреждает Тэйрн по мысленному каналу, который принадлежит только нам, и я откровенно игнорирую его.

Ксейден опускает подбородок к моей макушке.

– Она знает, что я не… цельный. Она чувствует это.

Я вздрагиваю и отступаю назад, поднимая руки, чтобы взять его за лицо.

– Ты цельный, – шепчу я. – Я не знаю, сколько ты заплатил за доступ к этой силе, но она не изменила тебя…

– Изменила, – возражает он, боком спускаясь по лестнице и вырываясь из моих объятий.

Я могу придумать только один способ доказать, что это не так.

– Ты все еще любишь меня? – я бросаю этот вопрос в него, как оружие.

Он переводит взгляд на меня.

– Что это за вопрос?

– Ты. Все еще. Любишь. Меня? – я вычленяю каждое слово и наклоняюсь прямо к нему, чтобы доказать, что он меня не пугает.