– Черт, – лицо Ри полностью опускается.

– Неутешительно это слышать, учитывая нынешний политический климат.

Мы расходимся и поворачиваемся к генералу Аэтосу, который стоит на приличном расстоянии от Тэйрна и злобно смотрит на нас. Он даже не смотрит на Даина, когда остальные походят к нам.

Ксейден останавливается между Гарриком и Дрейком, и наши взгляды на мгновение сталкиваются, прежде чем мы оба сосредоточиваемся на генерале Аэтосе. Военный трибунал состоится через три… два…

– Мы обсудим ваше наказание за неподчинение прямым приказам позже, – генерал Аэтос смотрит на Дрейка. – Жаль, что ты родился не в той семье, – его взгляд переходит на Кэт. – Хорошая новость заключается в том, что ты стала на шаг ближе к трону.

Кэт бледнеет.

– Сирена?

Мой желудок опускается вниз, и я вижу, как Мира сжимает ремень своего рюкзака.

– Это твоя сестра? – спрашивает Аэтос, заглядывая в карман своей формы и подходя к нам.

– Да, – отвечает Марен, чтобы Кэт не пришлось.

– А. Точно. Пресловутые летуны, – Аэтос достает письмо и протягивает его мне, не отвечая ни Кэт, ни Марен. – Это озадачивающее чтиво пришло тебе около часа назад. С нетерпением жду возможности обсудить его во время твоего доклада.

Я сжимаю пергамент, обращая внимание на сломанную печать.

– Сирена Корделла жива? – как же он жесток, раз так затягивает с этим.

– Насколько я слышал, с ней все в порядке, – Аэтос многозначительно смотрит на бумагу.

Спасибо, Амари.

Кэт вздрагивает, делая глубокий вдох, а я разворачиваю уже открытое письмо.

– Что случилось? – спрашивает она.

При виде ее почерка у меня по коже бегут мурашки, а кровь приливает к лицу.

Вайолет,

Надеюсь, ты прекрасно провела время в своем путешествии, хотя твой отряд выглядел несколько удручающе, когда ты пролетала над Пэвисом. Я удивляюсь, зачем тебе понадобилось столько усилий, если у меня есть то, что ты ищешь. Наслаждайся временем, которое у тебя есть с друзьями, до нашей следующей встречи. Не волнуйся, я все устрою.

– T.

Я рефлекторно комкаю пергамент, и мой взгляд перескакивает на Ксейдена.

– Что это? – он наклоняет голову.

– Теофания, – мне с трудом удается сделать полный вдох. – Она знала, что мы улетали. Она видела нас над Пэвисом, и каким-то образом доставила это сюда до нашего прибытия.

Его рот сжимается.

– Она не может добраться до тебя здесь.

– И все же она это сделала, – я засовываю бумагу в карман и замечаю, что генерал Аэтос наблюдает за мной как ястреб.

– С моим дядей все в порядке? – голос Кэт повышается. – Просто скажите нам уже.

Текарус. Вот дерьмо .

– Пока вы три недели занимались бог знает чем на островах, – говорит Аэтос, его глаза становятся жестче, – Сунива пала перед темными колдунами.

Марен вздыхает, и в наступившей тишине повисает ужас.

– Королева Марайя мертва.

Ваше Величество, к сожалению, я не могу найти закона, который бы заменял Свитки Объединения. Обязательства провинций при королеве Алондре Смелой (207.1), объединяющие армии провинций под стандартом королевы для Поромиэльского конфликта, истекли после Второго Аретийского соглашения, и контроль над всеми силами следует должен вернуться в провинции, из которых они происходят. Я рекомендую потребовать попросить принятия новых обязательств провинциями, участвующими в нашем текущем конфликте. Провинции никогда не придут к согласию после повышения уровня призыва на военную службу. Мой совет: не злите герцога Тиррендора, который сейчас командует большей частью нашей армии.