— И что говорят?

— Только то, что она была молода и красива и безумно любила своего мужа.

— А он ее?

— Так гласит история, но кто на самом деле знает, что чувствовали друг к другу два человека почти двести лет назад? Граф так и восстановился и больше никогда не жил на острове. Переселился в усадьбу, где вы сейчас отдыхаете. Но долго не прожил, его брат Георгий унаследовал титул и земли и обеспечил продолжение рода. Это все, что выглядит фактами, а не легендой.

— А можно где-то найти дополнительную информацию о семье?

— Попробуйте поговорить с отцом Даниилом. Это настоятель Никольской церкви. Ревностный краевед.

— А он будет говорить с незнакомцами?

— Поверьте, вам не удастся его заткнуть! — рассмеялась библиотекарь. — если речь идет об истории этих мест… — Она понизила голос, чтобы не мешать немногочисленным посетителям, рывшимся на полках с книгами. — А еще есть местный учитель истории, Михаил Васильич. Я перешлю вам адрес его электронной почты.

Ника радостно закивала.

— Вы же дадите мне адрес? — Библиотекарь смотрела на Кирилла. — Если вы пробудете тут некоторое время, может быть мы устроим встречу с читателями? Не смотрите, что у нас маленький городок, у нас даже есть книжный клуб, раз в две недели по четвергам.

— Обычно лучше всех историю семьи знают потомки. — Сказал Кирилл, записав свой адрес электронной почты.

— Не в этом случае. У Леоновых никого не осталось.

— Но хозяйка литературной усадьбы унаследовала ее от родственника.

— Ха! — фыркнула библиотекарь. — В лучшем случае от очень дальнего родственника.

— Леонов, да. — Высунулся из-за полок пожилой мужчина. — Дмитрий Леонидович. Вроде не старый еще был. Одинокий, так никогда и не женился. Бобылем жил, поэтому усадьба и досталась племяннице. Самый счастливый день в ее жизни, эдакое-то богатство в Тмутаракани. Кому б оно сдалось. А она вишь, гостиницу сделала, как там ее, усадьбу. Говорят, до этого работала в каком-то гостевом доме, а вишь, накопила деньжат.

— Были другие претенденты? — поинтересовался Кирилл.

— Нет, никого. На самом деле никто никогда не слышал об этой племяннице, пока она не появилась за несколько месяцев до смерти Дмитрия. Приехала за ним присматривать.

— Так она по завещанию получила усадьбу?

— Вроде. Вообще он в конце немного умом тронулся. Вот до чего одиночество-то доводит. Пил много по молодости. Но она действительно о нем заботилась.

— А как он умер? — Почему-то поинтересовалась Ника.

— Во сне, говорят. Все к лучшему, мужик-то не старый, а в конце имя свое не помнил. Альцгеймер! — Мужчина почти прошептал это слово. — Я книжки читаю, ум острый, как гвоздь! Вот что значит оставаться в форме. И собираюсь прожить так до последнего вздоха.

— Ну, от нас это не зависит, — тихо сказала библиотекарь.

* * *

— Твои книги жестоки? — Спросила Никола, когда они ехали в сторону церкви.

— Я не сторонник неоправданного насилия, но описываю вещи такими, какие они есть, а в современных преступлениях всегда много жестокости.

— И тебе нравится это описывать?

— Нет, но я люблю выстраивать интересный сюжет. Меня интересует психологическая мотивация преступления. Существует много разных причин, по которым люди убивают. Для большинства людей нужно что-то из ряда вон выходящее, чтобы склонить их к убийству, но некоторых достаточно подрезать на дороге, чтобы они выхватили нож.