Глава 25

Спустя неделю я просыпаюсь от резкого прилива адреналина. Сегодня тот самый день. В течение следующих 12 часов я собираюсь пробраться в офис моей мамы и найти то, что она там прячет. Тогда Бетси, Элла и я сможем противостоять ей. У всех домашних перерыв в школе или на «работе» из за Дня благодарения, и у нас есть целых пять дней, чтобы разобраться в происходящем.

Сегодня тот день, когда мы получим наши жизни обратно.

Единственная проблема – мы не уверены, когда или как сделать это.

Единственный вариант для нас – это найти причину выйти из дома. Согласно нашему окончательному сценарию, когда мама будет занята, например, приготовлением индейки, Бетси скажет, что ей нужен Адвил для мышц и ей слишком больно ехать самой. Я, притворяясь Эллой, вызовусь съездить, а затем мы будем молиться, чтобы это отвлекло маму на некоторое время.

План слабенький, но, пройдя по сотне других, более слабых вариантов, мы решили, что этот лучший. Но я думаю, каждая из нас надеется, что нам представится какая нибудь естественная, не спланированная, лучшая возможность.

Бетси, Элла и я после завтрака собрались в комнате отдыха. Мама проснулась, но находилась в своём офисе внизу. Я ещё не видела её этим утром. Элла включила телевизор, но никто из нас его не смотрел. Вместо этого мы проводили время, бросая друг на друга многозначительные взгляды.

Ожидая, что что нибудь случится, я надела эллин любимый кардиган и балетки, а Элла напялила мою новую «тюремную рясу»: потертые джинсы и серый балахон. Её волосы распущены, а ноги подобраны под себя; она сидит на моей стороне дивана.

Поскольку я смотрела в сторону коридора, я увидела маму в дверном проёме раньше девочек. Гнев начал растекаться по венам, но я засунула его подальше и подумала: что сделала бы Элла?

– Привет, мам, – бодро говорю я. Она улыбается.

– Доброе утро, девочки.

Я бросаю взгляд на Эллу, которая намеренно не смотрит на маму. Она хмурится, и на ее лице я вижу ту меня, какой я стала.

– Я собираюсь в душ, а затем поеду в продуктовый магазин. Наша индейка почти готова, и мне надо купить всё остальное, пока очереди не стали слишком длинными. Кто нибудь хочет со мной?

– Я на середине книги, – говорю я, похлопывая по книге в твердой обложке, лежащей рядом со мной. – Извини.

Я могу ошибаться, но мне показалось, что я увидела проблеск усмешки в глазах мамы, как если бы она не купилась на это. Но вместо того чтобы спросить меня, почему я ношу одежду Эллы, она смотрит на Бетси.

– У меня судороги, – стонет Бет, подводя нас к сценарию «отчаянной попытки», если нам это понадобится. Наконец взгляд мамы падает на Эллу.

Я задерживаю дыхание.

– Я не думаю, что ты хотела бы присоединиться ко мне, Лиззи, не так ли?

Элла не вздрагивает, но я должна укусить внутреннюю часть щеки, чтобы удержаться от лучезарной улыбки: это сработало!

Когда Элла не отвечает ещё несколько секунд, мама закатывает глаза.

– Я поняла. Пойду приму душ. Наслаждайтесь своим шоу.

– Мы потом сыграем в Дженгу? – спрашиваю я, просто чтобы закрепить впечатление. Элла обожает Дженгу.

– Конечно, – говорит мама, снова улыбаясь, прежде чем повернуться и выйти в коридор, ведущий к её комнате. Когда её дверь закрывается, Бетси спрыгивает с дивана и несется вниз по ступенькам. Через две минуты она возвращается.

– Что ты сделала? – спрашивает Элла. Бетси поднимает 2 блестящих ключа: один серебряный и один золотой.

– Сделала твою жизнь проще, – говорит она мне. – Это единственные 2 ключа на маминой связке, которые я не узнаю. Один из них откроет офис.

– Что, если она заметит?

– Вместо того чтобы использовать шанс, ты хочешь разбивать окно или что то вроде этого?

– Да, думаю, ты права.