– Ну, пожалуй…

– Не «пожалуй», а так точно. В политике мелочей нет, Сергей Васильевич. Так что, с какой стороны ни возьми, польза от вашего риска большая. – Вздохнул. – Жаль только, что Марешаль отказался назвать хоть какие-то имена. А теперь уже и не назовёт.

– Что значит «уже»? – вскинулся Сергей.

– То и значит… Пресс-атташе посольства зачитал мне сообщение из сегодняшнего номера «Матэн». Мол, накануне в тюремной камере покончил жизнь самоубийством бывший чиновник Министерства иностранных дел Гастон Марешаль, находившийся в предварительном заключении за антиправительственную деятельность.

Сергей ощутил мимолётный озноб. «Я человек конченый», – кажется, так выразился француз во время допроса? Предчувствовал…

– И вы полагаете, что это не самоубийство? – спросил хмуро.

– Я полагаю, что Марешаль, говоря о длинных руках ордена, не соврал, – отрезал Ефимов. И добавил после паузы: – Теперь, выходит, все концы в воду.

– Но есть же ещё женщины. Мадам Арно, вдова Прежан, Луиза…

– Ну да. Две провинциальные старухи и художница-шлюха. Наверняка адепты низшего звена. Что они могут знать? Хотя, может, и до них доберутся… Марешаль-то в иерархии ордена, судя по вашему протоколу, стоял намного выше.

Сергей в сердцах сплюнул.

– Но, может, следователи успели из него что-то выжать?

– А нам с вами какая от того польза? Сюрте сведениями уж точно не поделится. Впрочем, это мы скоро узнаем.

– Каким образом?

– Будем следить за их прессой, – хладнокровно пояснил Ефимов. – Коли в ближайшие недели появятся сообщения об убийствах или самоубийствах уважаемых лиц, то, значит, кого-то Марешаль всё же назвал. И орден постарается убрать засвеченные фигуры, чтобы тем самым пресечь дальнейшее разоблачение. Согласны?

– Вполне.

Рассуждения генерала, не лишённые доли цинизма, полностью совпадали с мнением самого Сергея. Однако лично он следить за французской прессой не собирался. Надоело… Он своё дело сделал, а теперь пусть работают те, кому по службе положено.

Кстати!

– Хочу поблагодарить вас за Долгова, Виктор Михайлович, – сказал от души.

Ефимов посмотрел на Сергея с нескрываемым удивлением.

– А почему, собственно, вы благодарите… – начал было.

– Ну, как это почему? Если бы Долгов не пристрелил Арно, трактирщик размозжил бы мне голову стулом. С его ручищами – раз плюнуть.

– Долгова и благодарите. Я-то при чём?

– Полноте, Виктор Михайлович, – невозмутимо сказал Сергей, щурясь не без хитринки. – Вы же не будете отрицать, что Борис – ваш офицер?

– То есть как это?..

– Для поручика староват, для майора молод. Значит, капитан. Разве нет?

Ефимов пожевал губами и улыбнулся.

– Долгов проговориться не мог, – сказал наконец убеждённо.

– И не надо, – подхватил Сергей. – Я сам догадался. Хотя только под конец.

– Каким же образом догадались, позвольте узнать?

– Дедуктивным. Для чиновника слишком хорошо орудует кулаками – это раз.