* * *

     Когда  дребезг велосипеда журналиста замер вдали, Блейд  решил провести

рекогносцировку.

     Прогулявшись  по темным  комнатам, он,  к  своему удивлению, никого  не

обнаружил -- даже трио, занимавшееся любовью в холле, куда-то исчезло, Блейд

совсем  было собрался  подняться на второй этаж,  но тут ему пришла в голову

мысль испытать новое  оружие.  Спрятавшись за высокой  деревянной  колонной,

поддерживающей потолок, и вспоминая предостережения  журналиста, он  высунул

из своего укрытия руку с цилиндром и нажал на спуск.

     Раздался пронзительный свист.

     Когда звук замер, Блейд выглянул из-за столба. На  первый взгляд, жертв

и ощутимых разрушений не наблюдалось,  но,  внимательно проследив траекторию

полета диска, он обнаружил  кучу  бумажной  трухи,  в  которую  превратилась

лежавшая на полке  стопка  журналов. Сам злополучный диск застрял в стене за

ними,  пробив  насквозь  полудюймовый  слой  штукатурки. Странник  с  трудом

выковырял  его  и  осмотрел:  края слегка волнистой круглой  пластинки  были

остры, как бритва. Оружием дальнего боя эта штука, очевидно, не являлась, но

вблизи разила насмерть  или причиняла мучительные  раны. Никакой тактической

необходимости в этом вроде бы не было... Впрочем, о какой тактике могла идти

речь в стране, которой не с кем воевать?

     Блейд  продолжил   осмотр  дома,  решив,   что   пока  он  беседовал  с

журналистом, гости успели  разойтись. Однако на втором этаже признаков жизни

было гораздо больше:  возле одной из дверей он услышал приглушенный  стон и,

заглянув внутрь, увидел извивавшуюся на полу голую девицу.

     Пройдя дальше, странник наткнулся на открытую дверь, что вела в спальню

Лейн, хорошо знакомую ему по прежним  визитам. Внутри  никого не  было, зато

где-то за тяжелыми, закрывающими стену драпировками вовсю лилась вода. Блейд

опустился на  круглую низкую постель  и принялся  ждать.  Темнота  создавала

подходящую обстановку для наблюдений и размышлений.

     Раньше он как-то не задумывался, откуда у одинокой и достаточно молодой

женщины-врача такой роскошный и просторный особняк; теперь,  после  беседы с

журналистом, появилось некое объяснение. Если она действительно  работает на

Департамент...

     Но  тут вода  потекла  тонкой струйкой, а затем ее  шум  и  вовсе стих.

Чуткое  ухо  Блейда  различило  теплый шорох полотенца.  Он представил,  как

махровая  ткань  скользит по нежной коже Лейн, собирает влагу с  ее налитого

тела... И чуть не отказался от своего замысла.

     Лейн вышла.

     Она была  нагой  до пояса;  ниже  на ней почему-то  оказались брючки --

впрочем,  в обтяжку  и,  к  тому  же,  мокрые. Женщина  шла,  покачиваясь  и

натыкаясь  на углы -- несмотря на душ,  она  все еще не  протрезвела. Она не

сразу заметила гостя; лишь после того, как Лейн повалилась на кровать,  а он

грубо поднял ее за волосы, в глазах женщины появился проблеск мысли. Дать ей

сейчас заснуть, значило провалить весь план, и  без того  сметанный на живую

нитку, поэтому Блейд для начала как следует встряхнул ее.