Изменить размер шрифта - +

— Простите, пожалуйста! — завопил Костя. — Я забыл на рояле свой галстук! — и он засмеялся в полнейшем восторге от своей остроты.

— Забыл? — переспросил Николай и, протянув руку, схватил за галстук проходившего мимо парня. Тот шел с девушкой и, конечно, не мог оставить выходку Николая безнаказанной.

— Сволочи! — пробормотал он чуть слышно, почти про себя, и уже хотел было пройти мимо, но Николай, уцепившись за галстук двумя руками, потребовал, чтобы парень тут же снял его.

Все поняли, что намечается что-то интересное, и окружили кольцом парня и его девушку. Николай, воспользовавшись этим, изо всей силы ударил парня под дых. И тут не сдержался Борис — сжав ладони в один сдвоенный кулак, размахнувшись, он опустил его рядом с позвоночником парня. Борис занимался боксом и знал, куда лучше ударить. После этого парень уже не сопротивлялся — он мешком рухнул на камни мостовой и, корчась от боли, перевернулся на спину.

Вдруг где-то за дворами раздался милицейский свисток.

— Во двор! — скомандовал Борис, и все бросились в ближайшую подворотню.

Николай сочувствующе посмотрел, как парень, скользяще хватаясь пальцами за стену дома, поднялся, помог ему распрямиться, а когда тот обессиленно откинул голову назад, сорвал с него галстук и, зная, что за ним сейчас из темноты двора наблюдают друзья, широко размахнулся и, красиво рванувшись корпусом вперед, ударил парня в челюсть.

— Вот такушки… И пусть в больнице решают, кто из нас сволочь. Если, конечно, тебя туда возьмут. — И нарочито медленно вошел в темноту двора.

— Ну, ты даешь! — шепотом завизжал Костя.

— На, носи! — Николай протянул ему галстук.

Они пробежали через двор, вышли на другую улицу, пересекли сквер и, почувствовав себя в безопасности, расположились на скамейке.

— А знаешь, Коляш, — сказал Борис одобрительно, — я от тебя такой прыти не ожидал!

— Ого! — Костя похлопал Николая по плечу. — Он еще не такое может, у него еще кое-что есть, скажи, Коляш!

— А что у него еще есть? — спросил Борис.

— Да ладно вам, — Николай был польщен тем, что Борис выделил его из остальных, отметил его отвагу, ведь это он врезал детине, когда все прятались за забором.

— Ну, похвастайся, — настаивал Борис. — Люди мы свои, не первый раз встречаемся, не последний, ну?

— Расскажи про камушек, Коляш! — заорал Костя. — Расскажи! Ты как-то начал, но тебя перебили, не дослушали…

Костя не успел закончить. Николай изо всех сил ударил его кулаком в лицо, накрыв рот, нос, глаза. Костя захлебнулся и, пошатываясь, отошел в сторону, сплевывая кровавую кашицу.

— Ого! — Борис озадаченно присвистнул. — А Костомаху-то за что? Коляш! С тобой стало опасно разговаривать.

— Разговаривать со мной не опасно, а вот зудеть весь день на ухо — у кого угодно терпение кончится!

— Напрасно ты его так, ей-богу, напрасно.

— Ничего, Брек! Пару гнилых зубов удалить ему не мешало. Еще спасибо должен сказать.

Николай только теперь начал понимать, что произошло. Он не помнил, как ударил Костю, не помнил, как всколыхнулась в нем злость, ненависть. А может, страх? Неужели страх? С Николаем такого никогда не было, он всегда гордился тем, что в любом переплете оставался спокойным. Надо же…

— Ты, Костомаха, не говори ему больше про камушек, — сказал Борис. — А то, глядишь, по полтиннику на венок придется сбрасываться. Теперь миритесь, пока я вам обоим не накостылял.

Быстрый переход