– Внимание на экран! – объявляет Мари, и мы обе расходимся, чтобы не закрывать полотно, на которое транслируются кадры с мини-камеры.

– Это Станислав Игоревич Дыбенко. Кто-то может знать его как успешного бизнесмена и спонсора, который поддерживает больницы и центры реабилитации. Но на деле…

В этот момент люди на видео достают оружие, их спор становится горячее. Мы специально не вырезали звук, хотя в нем полно грязных словечек, за который нас моментально вышвырнут не только со сцены, но и с фестиваля. Но в звуке – вся суть.

Мы с Мари молчим, позволяя зрителям самим понять, что происходит. Дыбенко спрашивает про вес, дозы и примеси. Производитель ручается за качество товара, ведь «это вам не синтетика».

Фил тоже есть на этом видео. Его лицо, как и лица остальных участников, прекрасно видно. Фил на этих кадрах кажется загнанным, потерянным и неуверенным. Однако когда я оборачиваюсь, то вижу совсем другого парня – смелого и решительного. Это одновременно придает сил и разбивает меня на кусочки.

Я знаю, что зрители в недоумении. Они не понимают, что происходит и зачем я показываю эти кадры, но все равно продолжают снимать. Среди них нахожу Дашу. Она держит телефон высоко поднятым, чтобы ничего не укрылось от объектива.

– Вы задаетесь вопросом, при чем здесь мы с вами?

Тишина становится мне ответом. Рука, сжимающая микрофон, дрожит, но я продолжаю говорить:

– Стас Дыбенко втянул моего близкого человека в свои проблемы и теперь шантажирует моей жизнью. Я прошу у вас помощи – распространите информацию о Дыбенко и его помощниках. – На экране появляется фото, которое Фил сделал на кухне ресторана. То самое, где перечислены все гости Дыбенко. – На моем месте может оказаться кто угодно. Кто угодно может искуситься на «товар», который Дыбенко проталкивает в учебные заведения и на вечеринки. У него много союзников, но вместе мы сильнее!

Первые секунды ничего не происходит. Мне кажется, что это конец. Я никого не смогла убедить, мне не верят. Но стоит мне опустить микрофон, зал взрывается гомоном голосов. Не все из них звучат в мою поддержку, но я вижу, что большинство зрителей – мои новые союзники.

– Позволишь?

Я удивленно смотрю на Богдана, который поднимается на сцену и становится рядом со мной. Он протягивает ладонь, и я в ступоре вкладываю в нее микрофон.

– Всем привет, ребят! – машет рукой он. – Многие из вас наверняка знакомы со мной и моим блогом…

– Что происходит? – шепчу Мари, чуть отступив. – Что он делает?

– Встает на твою сторону.

– Так вот, Лина говорит чистую правду. Я сам стал жертвой этого козла. По собственной тупости, конечно, но это был отвратительный опыт.

Не верю. Богдан прямо со сцены рассказывает о том, что закинулся таблетками Дыбенко?! Мотаю головой, но видение никуда не исчезает. Богдан перед огромной толпой совершенно искренне рассказывает о том, как глупость чуть не стоила ему жизни.

– Это просто таблетки! С одной дозы ничего не будет, – протягивает он наигранным голосом, и я догадываюсь, что Богдан изображает продавца с вечеринки. – Знаете, это был самый омерзительный опыт в моей жизни. И страшно подумать, что он мог стать в ней точкой.

Смотрю на Фила. Он все еще снимает и кивает, поджав губы. Знает, так же, как и я, – в том, что случилось с Богданом, есть наша вина.

– Так что, ребят, нам надо приложить все усилия, чтобы этого Дыбенко как можно скорее закрыли подольше и подальше! Нам – всего пара кликов, но они могут спасти жизни!

– Поддерживаю! – со стороны Мари на сцену заходит Даша.