«Продолжай», – прошу так.

Если Фил хочет подготовить меня к настоящей близости, я готова ему помочь. Боль растворяется в моей любви к Филу, и я окончательно расслабляюсь.

Еще никогда мне не было так хорошо.

Глава 19

Январь

Новогодние праздники пролетают как один день. Большую часть каникул провожу за подготовкой к сессии и написанием новых глав для продолжения «Магического дебюта». Редкие телефонные разговоры с родителями, игнор Мари и Богдана, страх за то, что однажды Стас Дыбенко все разрушит, – в моей жизни почти все остается прежним.

Я привыкаю к жизни с Филом и совсем скоро понимаю, что его дом окончательно стал моим. Когда он уходит в «Чао» или на «вторую работу», я тоскую, но стараюсь заглушить это чувство делом. Пишу книгу, убираюсь или готовлю, как могу. Приходится выкручиваться, ведь разнообразия в продуктах здесь почти нет. В основном наш рацион состоит из картошки, макарон и гречки. Куриное мясо – редкость, из которого всегда стараюсь приготовить что-нибудь вкусное. Моих умений едва ли хватает на что-то грандиозное. Верх моих стараний – отбивные из филе, которые оказываются пересоленными. Правда, Фил все равно их хвалит.

После новогодней ночи мы сильно сближаемся. Почти каждый вечер каникул заканчивается тем же, что случилось после боя курантов. Я меньше стесняюсь своего обнаженного тела и не испытываю стыда, когда вижу Фила без одежды. Особенно после того, как он позволил коснуться себя, вместо того чтобы угождать лишь мне.

Матрас, ванна, кухня, диван… Воспоминания, окрашивающие щеки в красный, теперь живут почти в каждом уголке этого дома. Несмотря на то что даже самые грубые ласки Фила больше не приносят боли, дальше них мы пока не заходим.

* * *

Экзамены проходят на ура. Я сдаю первую в жизни сессию без троек и вылетаю из кабинета, окрыленная успехом и облегчением. Наконец-то можно не учить билеты до глубокого вечера и больше времени уделять книге!

Сдаю зачетку Веронике, которая уговаривает меня отметить конец первого семестра вместе с группой. Ребята собираются пойти в караоке.

– Давай с нами! И парня своего бери, – зазывает Вероника, загадочно улыбаясь.

Она в курсе, что наши отношения с Филом вышли на новый уровень. Пришлось рассказать, а то бы староста ни за что не отстала.

– Я постараюсь. У Фила сегодня смена в кофейне, но вечером – может быть, подойдем.

– Давай-давай! Там все из группы будут!

– И Мари?

– Зябликова тему с караоке и придумала, – кивает Вероника, и мое желание идти отмечать резко рассеивается.

Обещаю подумать и постараться прийти, но уже на пятьдесят процентов уверена, что не явлюсь. Я не раз пыталась помириться с Мари на каникулах, но она на мои сообщения не отвечала. Она открывала их лишь в том случае, если я писала о Богдане. Герасимов помирился с Дашей, которая все-таки смогла его вразумить. Правда, об этом я узнала вовсе не от Богдана…

Вот и получается порочный круг: Богдан – Даша – я – игнорщица Мари.

Дорогие друзья сделали все, чтобы я ощущала себя лишь звеном в этой цепочке глухого телефона.

Выхожу на улицу, на ходу подключая наушники к телефону. Смотрю под ноги, потому что от снега и яркого солнечного света в безоблачный день болят глаза. А потому даже не замечаю, что у тропинки, убегающей от корпуса, кто-то припарковался.

– Ангелина Кольцова.

Этот голос эхом прокатывается по самым болезненным воспоминаниям. Кейс с наушниками выскальзывает из пальцев и падает в сугроб, но я не спешу его искать. Отворачиваться от собеседника, если это Стас Дыбенко, не самая умная затея.

– Что вам нужно?

Он сидит в дорогом авто на водительском сиденье.