|
Никогда я до этого не доходил, воровать я никогда не стану". Когда он подошел к двери, чтобы кликнуть Гудихэя завтракать, тот еще с каким-то человеком уже сложили в грузовик целые перегородки и отдельные доски, потом, сидя на этой груде досок, он снова ехал по шоссе к Мемфису; он даже подумал: "Может, они проедут до самого Мемфиса, и будь у меня десять долларов..." - но потом перестал думать и просто трясся в кузове, пока грузовик не свернул на боковую дорогу; сначала подъезжали, потом въехали и дальше уже ехали по чьим-то владениям, угодьям, плантациям - по бескрайним хлопковым полям, где еще белел хлопок в ожидании сборщиков, потом повернули по проселку через поле и подъехали к заросшему ивняком затону, где стоял еще один "пикап", тоже с грузом разобранных перегородок, и рядом трое или четверо мужчин, чем-то до странности похожих на Гудихэя и водителя его, вернее, их грузовика; он, Минк, не мог сказать, чем именно похожих, и даже не думал об этом: не присматриваясь, он просто заметил еще одну военную куртку, потом, тоже не присматриваясь, увидел канат, обтянутый прямоугольником меж вбитыми кольями и обозначавший место, где собирались строить; и тут они разгрузили доски, и Гудихэй сказал: - Ладно, вы с Альбертом можете отправляться за следующим грузом. Теперь он ехал в кабине назад, в приход, или как оно там называлось, где они с Альбертом еще раз нагрузили "пикап" и опять поехали к затону: к этому времени при стольких рабочих руках - если все четверо работали так же быстро, как Гудихэй, - там должна была уже вырасти целая стенка. Но вместо этого ни второго грузовика, ни Гудихэя, ни отмеченного вешками и канатом участка там не оказалось, и только трое мужчин спокойно сидели возле кучи досок и бревен. - Что такое? - спросил Альберт. - Ага, - сказал один из сидящих. - Передумал. - Как? - сказал Минк. - Кто передумал? Мне ехать надо. Я и то опаздываю. - Хозяин участка, - сказал Альберт. - Сначала разрешил поставить тут молельню. Да кто-то заставил его передумать. Может, банк, который держит на него закладную. Может, Легион. - Какой Легион? - сказал Минк. - Американский легион. Что хотят, то и делают, как в восемнадцатом году. Не слыхал никогда, что ли? - А где преподобный Гудихэй? - спросил он. - Мне надо уезжать. - Ну, ладно, - сказал Альберт. - Всего! И Минк остался ждать. Только после обеда второй грузовик подлетел на полном ходу, и Гудихэй соскочил с него прежде, чем он остановился. - Ну, - сказал он. - Грузите. - И снова они поехали по мемфисскому шоссе, и "пикап" мчался вслед за грузовиком, чтобы не потерять из виду Гудихэя, мчался, как все машины по шоссе, а он думал: "Было бы у меня сейчас десять долларов, хотя мы, наверно, и на этот раз до Мемфиса не доедем". Они и не доехали. Гудихэй повернул, и они за ним, рискуя головой, иначе Гудихэй, ехавший впереди, потерял бы их в пустынном безлюдье; кончилась плодородная дельта, пошли выветрившиеся голые глинистые холмы и дальше сплошные унылые пустыри; Гудихэй остановился - перед ним была свалка, нагромождение ржавых остовов автомобилей, котлов, хлопкоочистительных машин, груды битого кирпича, куски бетона; но вехи уже были заново вбиты, и канат натянут между ними тугим прямоугольником, а Гудихэй уже стоял около своего грузовика и, размахивая руками, звал их: - Сюда! Приехали. |
