— Послушай, Элиза, — рассудительно сказал Зед, — ты сама уверяешь, что нормально себя чувствуешь. Будь скорпион и вправду ядовит, ты бы уже поняла. Не надо паниковать.

— Ты говоришь это только затем…

— Нет. Вовсе нет, каринъо, — поднял ладони он. — Хочешь, поклянусь? С тобою все будет в полном порядке.

9

Елизавета подняла свой влажный топик и натянула его снова. Скользнувшая по коже холодная ткань заставила ее содрогнуться. Зед понес зеленый с бежевым ковер в спальню Пеппера, чтобы накинуть на спящего, а Хесус, Пита и Нитро так и стояли, столпившись вокруг мертвого скорпиона, тихо переговариваясь. Елизавета принялась мерить комнату шагами. Расслабиться никак не удавалось. Все мысли — только о впившемся в спину жале. Сперва боль была острой, потом сменилась тупым жжением. Сейчас, однако, Елизавета чувствовала только странное покалывание, но все равно не верила уверениям Хесуса, что с нею все будет в полном порядке. Она видела фильмы, где людей кусали скорпионы. В итоге все они начинали пускать изо рта пену и в итоге умирали от остановки сердца.

Когда Зед вернулся из спальни, она сразу к нему подошла.

— Как там Пеппер? — спросила Елизавета. Спит, — был ответ.

— Что мы можем сделать?

— Ничего. Ему просто нужно отдохнуть, да и тебе тоже.

— Я не устала.

— Все равно. Отдохни, расслабься.

— Как тут расслабишься? В моих жилах яд.

Он распространяется…

— Вот именно, Элиза, — сказал Зед, касаясь ее плеча. — И чем больше ты нервничаешь, тем чаще сердцебиение и тем быстрее яд впитывается в ткани.

Она обдумала этот довод и кивнула.

— Вдохни поглубже, — посоветовал Зед.

Елизавета послушалась.

— И еще раз.

— Я не рожать собираюсь, Зед.

Он улыбнулся на это, Елизавета тоже.

— Спасибо тебе, — прошептала она. — Может, пойдешь приляжешь? Рядом с Пеппером.

— А ты чем займешься?

— Буду стоять на дозоре.

Елизавета моргнула, не понимая.

— На дозоре? А, ты имеешь в виду…

Она так была захвачена обнаружением таинственного люка, а потом укусом скорпиона, что напрочь забыла о неведомом убийце, который мог притаиться на острове.

— Тебе не обойтись без напарника, — добавила она. — Вместе подежурим.

Зед покачал головой:

— Лучше уж Пита.

— Почему? — переспросила Елизавета, морщась от укола неоправданной ревности.

— Потому что если дать ей уснуть сейчас, она не захочет потом проснуться и сменить дозорных.

Елизавета оглянулась на Пипу. Та еще стояла у стола с Хесусом и Нитро; все трое шептались на испанском. Елизавета не слышала, о чем они болтают, — и догадывалась, что так и было задумано.

— Тогда я выйду во вторую смену, — решила она.

Зед помотал головой.

— Не хочу оставлять тебя наедине с Нитро.

— Значит, подежурю с Хесусом.

— И тогда последнее дежурство выпадет мне и Нитро? Ему это не понравится.

— Так кто же тебя сменит?

— Нитро и Хесус. А уж потом, если не передумаешь, сможешь присоединиться ко мне в последнюю вахту. По два часа каждая. Так мы дотянем до рассвета. Будем надеяться, что буря к тому времени уляжется, и мы все вместе двинем на причал ждать лодочника.

— И будем надеяться, — с горечью добавила Елизавета, — я не умру страшной смертью от яда скорпиона.