— Прекрасно.

Она поставила чайник на огонь, после чего наполнила водой кастрюлю и тоже поставила ее на плиту. Пройдя к столу, Мардж села напротив Гриффа и нежно прикоснулась к его распухшей руке.

— Бедный Грифф.

— Ничего, выживу, — беззаботно проговорил он.

— Знаю, что выживешь, — неожиданно серьезным тоном сказала она. — Ты ведь у нас рыцарь в сияющих доспехах. И ты бросился спасать благородную даму.

— Об этом я даже не думал. По правде сказать, мне просто хотелось увезти тебя домой.

— Вот ведь врунишка.

— Я моллюск.

Мардж рассмеялась:

— Ты очень милый, и я благодарна тебе за то, что ты сделал. Не то чтобы… ну…

— Что?

— Не то чтобы я была какая-то особенная. Я хочу сказать… о, черт, разве это так важно? Разве я чем-то отличаюсь от любой другой женщины? Но сама по себе идея отдать все это Макуэйду…

— Да, — кивнул он.

— Я смущаю тебя?

— Нет.

— Смущаю, я же вижу. Ты действительно очень милый, Грифф. Я знаю, большинству мужчин не нравится, когда их так называют, но ты действительно очень милый. Не могу даже начать говорить тебе, до какой степени ты милый. — Она сама удивилась, обнаружив, что к глазам подкатили слезы. Она закусила губу и отвернулась. — Пойду принесу чашки.

Достав из буфета две чашки и два блюдца, она вернулась к столу.

— У меня даже тортика никакого нет, — сказала Мардж.

— Никогда не любил торты.

— А даже если бы и любил, все равно сказал бы, что не любишь.

— Нет, правда, я не люблю торты.

— Ну ладно.

— Я правду говорю.

Мардж улыбнулась, чувствуя, как в груди ее разливается приятное чувство нежности.

— Хорошо. — Она взяла с полки кофейник и разлила кофе по чашкам. — Тебе с сахаром?

— Да, полторы ложки.

— Я люблю все класть в чашку заранее. Как-то я купила сухие сливки, положила их в чашку, потом кофе и сахар, и залила все кипятком. Иногда получается прямо-таки волшебная картинка. Глупо, конечно.

— Нет, Мардж, я так не считаю.

Она положила сахар сначала в его чашку, потом в свою. Затем снова подошла к плите и сунула палец в кастрюлю с водой.

— Грифф, ты горячую воду терпишь?

— Вполне.

— Эта очень горячая. Сейчас я добавлю борную кислоту. — Она неожиданно рассмеялась. — Знаешь, ну и ляпу я допустила.

— Какую?

— Насыпала борную кислоту в кофейные чашки, а кофе сыпанула в твою кастрюлю. В общем-то это не очень смешно. Что сегодня со мной творится? Может, я все еще пьяная?

Она принесла кастрюлю и поставила ее на стол перед Гриффом. Над водой поднимался пар, на секунду скрывший его лицо.

— Ты выглядишь таким же туманным, как апрель.

— Что-то она мне кажется слишком горячеватой, — заметил Грифф.

— Подожди, пока не опускай руку, — сказала Мардж, после чего ушла в ванную, откуда вернулась с банкой борной кислоты. — Сколько ложек?

— Две, три, я не знаю.

— Три, — сказала Мардж и принялась отмерять ложкой порошок.

— Теперь бы еще таз какой-нибудь.

— У меня нет таза. А ты что, думаешь, твоя рука в кастрюлю не влезет?

— Думаю, что влезет.

— Ну, тогда вперед.

— Дай собраться с силами.