— Мы рассматривали возможность вас клонировать.

Я выпучила глаза:

— Клонирование людей запрещено законами охраны человечества!

Он пожал плечами:

— «Инопланетный контакт» в силах их обойти. Однако запись о предыдущих экспериментах указывает, что ваш генетически идентичный клон также будет инвалидом.

— Что? Кто-то пытался клонировать инвалидов? Я никогда об этом не слышала. Когда это было? Зачем?

— Это секретная информация, — Левек помолчал секунду. — Единственная оставшаяся возможность – попытаться искусственно управлять вашей иммунной системой с помощью специально разработанной вживленной сети. Опасность велика, но в этом случае есть и немалая вероятность успеха.

— Это тот самый способ «лечения», о котором вы говорили нам раньше? Мне казалось, вы сказали, что риск там самоубийственный.

— Генерал Торрек беспокоился, что вы пожелаете попробовать его на себе, поэтому приказал мне преувеличить опасность. В среднем вероятность успеха оценивается в пятьдесят один процент. В вашем случае она возрастает до шестидесяти восьми процентов.

— Почему у меня шансы выше? Я не жалуюсь, но…

— В четырнадцать лет у инвалидов появляется право однажды попробовать спорталиться с Земли. С вашей стороны было весьма предусмотрительно им воспользоваться. Мало кто это делает, поэтому при событии всегда присутствует группа исследователей Земной Больницы.

Я вспомнила, сколько медиков меня тогда встречало.

— Так они меня изучали? Я думала, это врачи!

— Врачи, — подтвердил Левек, — которые помогали вам как только могли, но одновременно с этим еще и подробно проверяли работу вашей иммунной системы до, во время и после попытки. Земная Больница также пользовалась каждой возможностью последующих проверок во время ваших регулярных медицинских осмотров и при лечении после несчастных случаев на раскопках. Из чего следует, что работа вашей иммунной системы в последние четыре года известна им в мельчайших подробностях.

У меня всегда было впечатление, что доктора сканируют меня особенно долго. Друзья смеялись, мол, мне мерещится, но очевидно, я оказалась права.

— И что же включает в себя этот способ?

— Первая стадия – модифицированная версия терапии туннелродопсином, которая…

Я подняла руку, останавливая его:

— Чтобы я поняла, вам придется объяснить попроще.

Левек начал заново:

— Первая стадия – инъекция специальных клеток, которые могут управляться световыми сигналами. Они найдут и прицепятся ко всему, что составляет вашу иммунную систему. Когда-то, до развития методов регенерации, похожий способ широко применялся для лечения.

Я снова подняла руку:

— Кажется, я поняла, но вы все равно излагаете очень формально.

— Вторая стадия – операция на всей поверхности, чтобы вживить под кожу специальную сеть, — продолжил Левек. — Эта сеть будет посылать световые сигналы по всему телу, чтобы управлять иммунной системой. Вживленная сеть со способностью самовосстановления в случае повреждения также была одним из распространенных методов лечения много веков назад, хотя и применялась совсем для других целей.

Я поморщилась:

— Операция по всей поверхности тела означает, что придется плавать в баке.

— Верно. За операцией последуют два дня в медбаке для заживления. После чего наступит третья стадия, критическая. На ней ваши естественные реакции отключаются и иммунитетом начинает управлять вживленная искусственная сеть. К сожалению, отключение естественной иммунной системы необратимо.

— То есть, если сеть не сработает, я умру?

Левек кивнул:

— С вероятностью тридцать два процента на третьей стадии наступит полный отказ иммунной системы и быстрая смерть.