|
Вот если возьмем его тепленьким… — Бронислав задумался. — Допустим, мы шлепнем преследователя, а потом выяснится, что центральная община хочет официально вернуть девку из-за ее беременности… Тогда мы окажемся в нехорошем положении, придется выплатить компенсацию Перекрестку Миров. Если преследователь — своевольный человек, то это нарушение уже с их стороны. Раз допустили такое, пусть платят нам. Но от трупа они открестятся. Скажут, что это чужак и вообще они его впервые видят. А вот живой он принесет большую пользу, не даст нам оказаться виновными в межобщинном конфликте. — Так что делать? — спросил Рябой. — А поступим мы вот как. Сабрина… — Да, отец. — Ты с Масудом и Тором ведешь добычу в метро, на станцию «Речной вокзал». Оттуда — в столицу, на «Октябрьскую». Если там подтвердится информация, что община хочет вернуть девку, Тор и Масуд бегут ко мне и сообщают об этом, не теряя ни минуты. Я на карте сейчас отмечу места и время. Если мы в контрольных точках не встретим Тора и Масуда, то оставим им записку. — А ты? — Сабрина вопросительно посмотрела на Бронислава. — А я и Рябой идем на поиски этого неизвестного ездока на снегоходе. Благо в следах тут не запутаешься. Ступай, дочка, подержи пленницу и скажи Тору и Масуду, чтобы подошли ко мне. Сейчас я их проинструктирую. — Хорошо, отец. — Молодая охотница направилась к остальным. — Я все-таки сомневаюсь, что община захочет вернуть девку, — проворчал Рябой. — Они ведь и в самом деле теперь свободны от страха в этом сезоне. Думаю, это ее муженек. И пошел он против всех правил. — Но мы не уверены в этом на все сто процентов, — покачал головой старший охотник. — А если сейчас все сделаем грамотно, то потом сможем поставить центральную общину раком. — И Бронислав зло ухмыльнулся. — Вот тут они топтались долго. — Селиверстов разглядывал овальные следы снегоступов и боролся с искушением поднять темное стекло шлема, чтобы разглядеть получше. — Интересно почему. Ну не заблудились же они. Что-то… Искатель вдруг замер и посмотрел в сторону. Вышел из-под арки, по которой проходило железнодорожное полотно. Бросил взгляд на покореженные и занесенные снегом автобусы. Снова посмотрел на снег. — Вот оно что. — Чего там? — Волков подошел к нему. — Они долго здесь тупили, потому что увидели вот это. — Василий указал на зубчатую колею, оставленную снегоходом. — Ого! — Жуковский потер небритый подбородок. — Напомните мне, друзья-товарищи, у кого в городе есть такая машинка? — Да ни у кого, — буркнул Селиверстов. — Нашу еще лет десять назад разбили. Была у тварелюбов, но, насколько я знаю, там движок давно рассыпался. — Уверен в этом? — спросил Костя. — Был уверен до сего момента. — Ну, значит, живой у них снегоход, — пожал плечами Жуковский. — Теперь это очевидно. Тут их подельники ждали. На машине и увезли добычу. М-да. Это, конечно, все усложняет. — Андрей, — проворчал Ломака. — Чего? — Не называй Марину добычей. — Ах да. Извини… — Чепуха, — пробормотал Василий, продолжая смотреть на следы снегохода. — Не вяжется что-то. — Что именно? — уставился на него Жуковский. — Почему они с самого начала на снегоходе не ехали? Да и вот, смотри. Тут кто-то на колени встал. Рукой борозду трогал. По ходу пытался направление движения определить. |
