|
- Надежны ли передние ноги у вашей лошади? - спросил Мадлен. - О да, господин мэр! Только придерживайте ее на спусках. Много ли спусков будет по дороге отсюда до вашего места? - Не забудьте: надо быть у моих дверей точно в половине пятого утра, - ответил Мадлен и вышел. Фламандец остался "в дураках", как он сам признавался впоследствии. Не прошло и двух-трех минут после ухода мэра, как дверь отворилась снова, это был мэр. У него был все тот же бесстрастный и задумчивый вид. - Господин Скофлер! - спросил он. - Во сколько вы цените лошадь и тильбюри? - А разве вы, господин мэр, хотите купить их у меня? - Нет, но на всякий случай я хочу обеспечить вам их стоимость. Когда я приеду, вы вернете мне эти деньги. Во сколько вы цените кабриолет и лошадь? - В пятьсот франков, господин мэр. - Вот они. Мадлен положил на стол банковый билет, затем вышел и уже не вернулся. Скофлер горько пожалел о том, что не запросил тысячу франков Впрочем, лошадь вместе с тильбюри стоила не больше ста экю. Фламандец позвал жену и рассказал ей всю историю. Куда бы, черт возьми, мог ехать господин мэр? Они начали обсуждать этот вопрос. - Он едет в Париж, - сказала жена. - Не думаю, - возразил муж. Мадлен забыл на камине клочок бумаги, где были записаны цифры. Фламандец взял его и начал внимательно исследовать. - Пять, шесть, восемь с половиной. Да это, должно быть, расстояние между почтовыми станциями! Он обернулся к жене. - Понял. - Ну? - Пять миль отсюда до Эсдена. шесть от Эсдепа до Сен - Поля, восемь с половиной от Сен-Поля до Арраса. Он едет в Аррас. Тем временем Мадлен вернулся домой. Обратно он пошел самой дальней дорогой, словно дверь церковного дома представляла для него искушение и он хотел избежать его. Он поднялся в свою комнату и заперся там, что было в порядке вещей: он любил рано ложиться. Тем не менее фабричная привратница, являвшаяся одновременно и единственной служанкой Мадлена, заметила, что свет у него погас в половине девятого, и сказала об этом возвращавшемуся домой кассиру, добавив: - Уж не захворал ли господин мэр? Он был сегодня не такой, как всегда. Комната кассира приходилась как раз под комнатой Мадлена. Кассир не обратил на слова привратницы никакого внимания, лег и заснул. Около полуночи он внезапно проснулся: сквозь сон он услыхал над головой какой-то шум. Он прислушался. Это были шаги: казалось, кто-то ходил взад и вперед в верхнем этаже. Он прислушался более внимательно и узнал шаги Мадлена. Это удивило его: обычно в спальне Мадлена было совершенно тихо до самого утра, то есть до тех пор, пока он не вставал. Через минуту до кассира снова донесся какой-то звук, похожий на стук открывшейся и снова захлопнувшейся дверцы шкафа. |
