— Не обращай внимания, — махнул я рукой. — Это я так. Размышляю-прикидываю, что нам теперь со всеми этими догадками делать…

К подножию Пирамиды желаний мы подошли через двадцать минут. Разбросанные тут и там валуны, щебёнка, каменные обломки и прочие «результаты человеческой деятельности», возникшие благодаря стараниям тысяч искателей, нисколько не изменились с тех пор, когда я с соратниками приходил сюда в поисках инструмента для мести. Исчезли лишь люди и то, что они приносили с собой, желая проникнуть под гору: палатки, тачки, отбойники, шахтёрские кирки…

— Вот за эту границу, — указал я на цепочку гладких, похожих на плитки камней, — маги переступать не могли. Их что-то сразу же убивало.

Сказал и испытующе посмотрел на Алину.

Бывшая невеста Ашкарти не подвела. Она долго и достаточно пристально вглядывалась в разложенные под ногами каменья, а затем таки выдала личное «экспертное» заключение:

— Я, кажется, понимаю, в чём дело. По этой линии протекают сразу три энергопотока. Тонкие, словно нити. И, как на мосту, они разделяются: «плюс», «минус» и «ноль». Последний посередине. А ещё энергией ноль всё заполнено до и после границы. Получается как бы слоистый пирог: «ноль-плюс-ноль-минус» и снова «ноль».

— И что это означает? — не сразу врубился я в эти теоретические построения. — Как это убивает магов?

— Элементарно, — заявила Алина тоном Шерлока Холмса. — Маг волей-неволей, будучи сам по себе магическим накопителем, когда попадает в энергополе, принимает в себя часть энергии. Но только «плюс» или «минус». Когда их концентрация невысокая, они просто смыкаются и иногда перемешиваются. Но если плотность энергий превышает критическую…

— Подожди-подожди, — перебил я спутницу. — Я, кажется, понял. Два потока энергии «минус» и «плюс» на этой границе разделяются мощным потоком энергии «ноль». Энергию ноль маги не ощущают и, соответственно, не могут её захватить. Поэтому при переходе через эту, хм, линию жизни и смерти они получают лишь пару «плюс-минус» критической плотности. И в результате вся эта масса энергии взрывается в них, словно масса плутония или урана в ядерной бомбе, когда её обжимают до сверхкритического состояния.

— Именно так. Да. Именно это я и хотела сказать, — кивнула Алина.

— Но тогда получается… — задумался я. — Тогда получается, если какой-нибудь маг научится чуять энергию ноль, он сможет входить в Пирамиду когда захочет.

— Астия! — подняла палец спутница. — Если ей верить, она в своё время сюда входила и была магом.

Я качнул головой:

— Не только она. Кроме неё в Пирамиду входил и Ашкар.

— Выходит, что они оба могли принимать энергию «ноль».

— Да. А бесформенный в разговоре со мной называл себя универсалом.

Мы быстро переглянулись. Похоже, что мысли нам в головы пришли одинаковые.

— Они сговорились…

— Они действуют заодно…

— А энергия «ноль» — это сила бесформенного…

— Да. И он, вероятно, желает, чтобы ни «плюса», ни «минуса» не осталось…

— Потому что «минус» и «плюс» использовали драконы…

— Поэтому два источника «плюс» и «минус» должны уничтожить друг друга…

— Поэтому он и хочет, чтоб я открыл их…

Я хмыкнул и почесал за ухом:

— Как-то уж слишком сложно выходит, тебе не кажется?

— Кажется, — не стала спорить Алина.