Всё, о чём мы с сапожником договорились, он передал жене, когда та вернулась на кухню.

Госпожа Анша благодарила меня, не переставая, минуты, наверное, три, пока мне не надоело.

— Чем они занимаются? — прервал я её славословия, указав на дверь в детскую.

— Вы не поверите, господин Краум, — всплеснула она руками. — В куклы играют.

— В куклы?

— Помните, вы полгода назад подарили ей куклу?.. Ну, такую, которая ходит, слушается, отвечает, смеётся, совсем как живая? Помните?

— Ту, что големщики сделали? — вспомнил я, как мы в походе на Арладар проезжали Сежеш и я попросил своих батальеров передать Райме изготовленную пустоградскими мастерами куклу-голем. Правда, по моим ощущениям времени, это случилось всего три недели назад, но не суть. Главное, что эту куклу моей протеже всё же доставили, и она ей понравилась. — Помню, конечно же. Как не помнить?..

Продолжить я не успел.

Дверь в детскую отворилась, и оттуда вынеслась Райма.

— Дяденька Краум! — налетела она на меня, словно вихрь. — Я знала, что ты придёшь. Знала, ты нас не оставишь…

Обхватив меня обеими руками, будто боясь, что «нежданный» гость исчезнет так же внезапно, как появился, найдёнка болтала без умолку. А я осторожно гладил её по волосам и слушал, что она говорит, рассказывает, как тут живётся, как гордится своими успехами и огорчается неудачам, хвалит напропалую тётю Аншу и дядю Шароша, как жалуется на мальчишек с соседней улицы и особенно на хулигана Шафара…

— Я надеюсь, ты магию к этим мальчишкам не применяла?

— Ух, как мне хочется иногда это сделать, но ты же ведь запретил, да? — заглянула она мне в глаза.

— Всё правильно, запретил. Не надо пока никому показывать, что умеешь.

— А сегодня? Сегодня же я это сделала! Разве нет?

Я покачал головой:

— Сегодня случай особый. Но ты никому о нём не рассказывай. Ладно?

— Ладно. Не расскажу.

— Ну, вот и здорово. А сейчас… чтобы такие случаи больше не повторялись… или чтобы никто о них не узнал… Вот, держи, — я достал из кармана две «драконьих слезы», экспроприированных у мага-таможенника и протянул Райме. — Держи их всегда при себе, и если почувствуешь, что тебе нужны силы, просто сожми любой в кулаке. Вот так, — показал я, как это делается.

— И тогда эти силы появятся?

— Да. Но только учти. Это на крайний случай. Только если и вправду у тебя не останется выхода. Поняла?

— Да, дядя Краум. Я поняла, — серьёзно ответила девочка, потом покосилась назад и тихонько спросила. — А она тебе кто?

— Тебе она не понравилась? — усмехнулся я, посмотрев на стоящую возле двери Алину.

— Нет, почему? Понравилась, — смутилась найдёнка. — Просто… просто вы чем-то похожи. Как родственники.

— Как родственники? Да, пожалуй, что да. Мы с ней из одной деревни. А там у нас все практически родственники. Вот как-то так…

Мастерскую сапожника мы покинули спустя полчаса.

А когда удалились от дома на пару кварталов, Алина внезапно заметила:

— Ты даже не представляешь, какая у неё классная кукла! Эх, мне бы такую в детстве…

[1] Фраза из кинофильма «Кавказская пленница».

Глава 11

Собор, посвящённый Рейне и мне… ну, в смысле, «святой светлейшей и великому исцелителю», выглядел на пару порядков круче, чем те часовни-молельни, что встречались нам раньше.