|
И не окажись он тогда практически один — дела могли бы пойти по-иному. Как я понял позднее, Тайскренн не знал, кто такая Ночная Стужа, но понял — она подбирается к мечу Рейка. Она и Беллурдан, которого она использовала для разведки. И все же Тайскренн ударил по ней, только когда она убила А'Карониса — мага, пришедшего к Тайскренну со своими подозрениями насчет нее. Когда я сказал, что убийство Беллурданом Порван-Парус было величайшим провалом, я держал в уме осаду Крепи как второй по значимости провал.
— За последнее время их было гораздо больше… Даджек тихо кивнул. Его глаза мерцали в свете лампы. — Я бы сказал, все началось с резни, учиненной Т'лан Имассами над горожанами Арена. Но каждая катастрофа обнажает некую истину. Так и в этом деле. Лейсин не отдавала такого приказа, но КТО-ТО отдал. КТО-ТО вернулся и воссел на Первый Трон — кто-то, считавшийся мертвым — и он использовал Имассов, чтобы отомстить Лейсин, расшатать ее власть над Империей. Это был первый намек — Император Келланвед не так мертв, как бы нам того хотелось. — И по — прежнему безумен. Да. Даджек, думаю, мы идем к еще одной катастрофе. — Надеюсь, ты ошибаешься. В любом случае, это мою уверенность нужно было подстегнуть сегодня, не твою. — Да, думаю, такова цена перевернутой системы управления… — Мне только что пришло в голову новое соображение. Вискиджек, оно не из приятных. — И? — Я начинаю думать, что мы и вполовину так не уверены в своих действиях, как думаем. — Кто это 'мы'? — Империя. Лейсин. Тайскренн. Ну, ты да я, мы самые мелкие из игроков, и мы знаем не больше, чем положено знать. Мы начали атаку на Отродье Луны, совершенно не представляя, что происходит. И если бы я не загнал потом Тайскренна в угол, до сих пор не понимал бы. Вискиджек изучал осадок эля в своей кружке. — Быстрый Бен хитер, — пробормотал он. — Не могу сказать наверное, что он уже понял. Иногда он очень уклончив. — Но он же еще с нами? — О да. И стало ясно, что он приобрел великую веру в Ганоэса Парана. В нового Владыку Фатида. — И это тебя очень удивляет? — Немного. Парана использовал бог. Он прошел в меч Драгнипур. В его венах течет кровь Гончей Тени. Никто из нас не может знать, какие изменения это вызвало и что они предвещают. Он какой угодно, только не 'предсказуемый', и им почти невозможно управлять — о да, он выполняет мои приказы, но если Лейсин думает, что сможет его использовать — ее, похоже, ждет сюрприз. — Но ты же любишь его? — Я восхищаюсь им, Даджек. За его стойкость, его способность исследовать себя с беспощадной смелостью — а более всего за его неколебимую человечность. — Я бы сказал, этого достаточно для оправдания веры. Вискиджек скорчил гримасу: — Я побит моим же мечом. — Лучше, чем чужим. — Я подумываю об отставке, Даджек. По окончании войны. — Я догадался, дружище. Вискиджек поглядел ему в глаза: — Думаешь, она отпустит меня? — Не думаю, что мы должны дать ей шанс. — Я должен утонуть, как Сухарь и Арко? Или лучше пусть меня изрубят, а тело пропадет, как было с Дассемом Альтором? — Учитывая, что ничего этого не было… — Даджек… — Ладно, ладно, но сомнения остаются. Признай это. — Я их не разделяю. Однажды я выслежу Дюкера и выбью из него правду — если кто ее и знает, так чокнутый историк. — Быстрый Бен получил весть от Калама? — Если и получил, мне не сказал. |
