— Тогда в этой имперской игре остался только один тугодум — я, — вздохнул Вискиджек.

— Может быть, единственный, воистину достойный доверия. Смотри: мы знали, что Увечный Бог готовится сделать ход. Мы знали, что боги вмешаются и устроят неразбериху. К сожалению, мы не ожидали вмешательства Старших Богов — но всего не предугадаешь, ведь так? Суть в том, что мы знали — грядут беды. С разных сторон — но как могли мы догадаться, что происходящее в Паннион Домине связано с усилиями Падшего?

Я даже думаю, это не чистая случайность — что двое из Сжигателей наткнулись на агента Скованного Бога — больного мастера из Даруджистана; что Быстрый Бен был как раз там, чтобы подтвердить явление Дома Цепей. Лейсин всегда понимала тактические выгоды временных уступок — видит Худ, она научилась у Императора кружным путям. Крошечный садок Увечного Бога перемещается — то, что он оказался в холмах между Крепью и Даруджистаном, было возможностью, мимо которой он просто не мог пройти. И он начал действовать. А мы выследили его. Может, и не тем способом, к которому готовились — но мы выследили его.

— Очень удачно, — пробормотал Вискиджек.

— Что до Парана, в этом тоже есть логика. Ведь Тайскренн готовил на роль Владычицы Фатида Порван-Парус. А когда дело не заладилось, произошел побочный эффект — прямо на самого близкого к ней мужчину. Конечно, не физически, а духовно близкого. И если поглядеть ретроспективно, Вискиджек — единственным тугодумным игроком оказался Беллурдан Проломи-Череп. Мы никогда не узнаем, что произошло между ним и Порван-Парус на той равнине, но, клянусь Бездной, это величайший провал за всю нашу историю. Что роль Владыки Фатида упала на малазанина, а не на случайного гадробийского пастуха, там проходившего — ну, удача Опоннов сыграла нам на руку, и это все, что мы можем сказать.

— Вот теперь я обеспокоен, — сказал Вискиджек. — Мы стали слишком умными, и не могу я понять, кто кем манипулирует. Мы играем в темные игры с Повелителем Теней, дергаем за оковы Скованного Бога, а теперь даем Бруду больше времени, хотя он об этом не догадывается, и в то же самое время отстраняем от дела Т'лан Имассов — по крайней мере, пытаемся…

— Удобные возможности, Вискиджек. Колебание гибельно. Когда находишься в середине широкой, бурной реки — есть лишь один путь проплыть по ней. На нас выпало держать над водой голову Лейсин — а с ней и всей Империи. Если Бруд ударит молотом во имя Бёрн — мы утонем, все мы. Закон, порядок, мир — цивилизация погибнет.

— И чтобы удержать Бруда, мы дразним Увечного Бога, приносим себя в жертву. Нас, уставшую армию, уже почти уничтоженную паникой Лейсин…

— Лучше прости ей ее панику, Вискиджек. Это показывает, что и она смертна.

— Почти стерев нас под Крепью…

— Это была случайность, и если ты этого не понял тогда, пойми сейчас. Тайскренн приказал им оставаться в тоннелях, потому что думал — это самое безопасное место. Самое безопасное.

— А похоже, что кое-кто пожелал попутно погубить нас. Чисто случайно, — сказал Вискиджек. — Нет, не нас. Меня. Черт дери, Даджек! Ты заставил меня подозревать, что тебе было известно больше, чем я надеялся. Сбереги Беру, я думал, ошибаюсь… А то, что случилось в Даруджистане…

— В Даруджистане произошла неразбериха. Плохое управление с обеих сторон. Прошло слишком мало времени со дня осады Крепи… слишком рано…

— Так не только я запутался?

— Под Крепью? Нет. Возьми нас Худ, все мы. Битва пошла не по плану. Тайскренн действительно думал, что сможет сбить Отродье Луны — и вынудить Рейка на открытую схватку.