Тут оба обернулись на скрип распахнувшихся дверей.

— Ах! — прошипел жрец. — Кто это?

— Мой друг Муриллио.

— Нет, идиот — другой!

— То есть человек с мечами? Ну, он служит Худу.

— А Раф'Худ знает об этом?

— Ты спрашиваешь меня?

— Так он нанес визит?

— Нет.

— Безмозглый идиот!

Коль хмыкнул: — Это качество разделяют все твои знакомые?

— Пока что все, — пробормотал Раф'Темный Трон.

— Эти двое, — сказал Коль. — Какие знаки они носят под клобуками?

— Ты имел в виду, узнал ли я их? Конечно же. Старик — Раф'Тогг. Старуха — Раф'Фандерай. В Совете мы используем их вместо книжных подставок — за все годы, что я в Трелле, от них не слышал ни слова. Что еще забавнее, они любовники, ни разу ни коснувшиеся друг друга.

— И как это работает?

— Используй воображение, дарудж. О, их приглашают войти! Что заваривается в этом котле?

— Котле? Каком котле?

— Молчи.

Коль усмехнулся: — Ладно, повеселились и хватит. Пора идти внутрь.

— Я иду с тобой.

— Нет, не идешь. Не люблю шпионов. — Кулак Коля коснулся щеки жреца. Мужчина рухнул кулем.

Тени медленно рассосались в мерцающем свете факела.

Коль потер костяшки пальцев и побрел в храм. Закрыл за собой дверь. Муриллио, воина и гостей не было видно. Он пошел ко входу в усыпальницу. Одна из дверей еще тихонько качалась на петлях. Коль слегка толкнул ее и скользну внутрь.

Муриллио сидел рядом с кроватью Майб. Яма — склеп оставалась пустой, как неупокоенный воин ни понуждал их поместить старуху туда. Носящий мечи служитель Худа стоял лицом к яме, двое маскированных советников по другую ее сторону. Все молчали.

Коль подошел к Муриллио. — Что случилось? — прошептал он.

— Ничего. Ни слова. Разве что болтают умами, но я что-то сомневаюсь.

— Тогда… они чего-то ждут.

— Так кажется. Возьми меня бездна, они хуже стервятников…

Коль поглядел на друга и сказал: — Муриллио, ты знаешь, что сидишь на краю Худова алтаря?

Земли к северу от Коралла занимал лесопарк, лужайки, перемежаемые аллеями молодых деревьев — их не подстригали как минимум три года. Торговый тракт вился по парку, выпрямляясь только в 'мертвом пространстве' — полосе в двести шагов перед стеной; затем он превращался в высокий каменный мост над сухим рвом. Врата — основательная конструкция шириной едва в один фургон, с окованными бронзой дверями. Сверху нависали бойницы.

Лейтенант Хватка смахнула пот со лба. Ей удалось провести Дергунчика и его взвод настолько близко, насколько было возможно. Они лежали недалеко от заросшей дороги на лесосеку, поднявшись на тридцать — сорок шагов вверх по горному склону восточного фланга. Высокие стены Коралла располагались справа от них, на юго-востоке; 'мертвое пространство' было прямо перед ними, а лесопарк — слева. Перед стеной стояли плотные шеренги беклитов, готовившиеся наступать в сторону гор — на укрепления, сейчас принадлежащие шести тысячам Войска Даджека.

Лежащий рядом сержант заворчал: — Вон, выезжают за ворота. Какой-то стяг и горстка всадников… слишком высокие седла…

— Септарх и его офицеры, — согласилась Хватка. — Ну, Дергунчик, твой счет совпал с моим?

— Двадцать пять, тридцать тысяч, — буркнул сержант, дергая себя за усы.

— Но мы на высоте…

— Да, но эти траншеи и тоннели не предназначались для обороны — это ж укрытия.