Капитан сомкнул веки. Разум его бешено вращался. Он чувствовал, что пережитое оторвало его от всех корней. Начиная с собственного я. Владыка Колоды Драконов. Новый рекрут на неведомой войне. А теперь… это. — Что, — прохрипел он, — во имя Худа здесь творится?

— Я потянулась за силой, — ответила Серебряная Лиса. Ее глаза бешено метались во все стороны.

Паран глубоко вздохнул. Сила, о да, я начинаю это чувствовать. Джен'исанд Рул. Мы оба начали свои странствия, но и меня и тебя, Лиса, влечет в одно и то же место. На Второе Собрание. Кто, интересно, взойдет на те два старых, долго пребывавших в забвении трона? Куда, дорогое дитя, поведешь ты Т'лан Имассов?

Аномандер Рейк наконец заговорил: — Никогда я не присутствовал на столь… напряженной встрече, Каладан…

Парна осмотрелся, ища полководца. И молот, столь обманчиво легкий в его руке. Я знаю тебя теперь, Полководец. Не то чтобы я раскрыл всем твой темный секрет — какая в том польза? Выбор твой, и только твой. Убить всех нас или богиню, которой служишь. Бруд, я тебе не завидую. Привилегия выбора обернулась проклятием. Ох, не завидую, бедный ублюдок. А какова цена нарушенного обета?

Сын Тьмы продолжал: — Мои извинения всем вам. Как сказал этот человек, — Рейк простер руку к Быстрому Бену, — действовать немедленно, плохо понимая природу развязанных сил — может поистине быть опасно.

— Может быть уже слишком поздно, — сказал Каллор, не сводя древних глаз с Серебряной Лисы. — Магия ребенка шла от Телланна, и давно он так искусно не пробуждался. Все мы отныне под угрозой. Немедленно предпринятые совместные усили способны истребить эту тварь — и больше нам может не выпасть такой возможности.

— А если мы потерпим неудачу, Каллор? — спросил Рейк. — Какого врага тогда наживем? Сейчас дитя только оборонялось, ничего больше. Никаких враждебных намерений, так ведь? Слишком большой риск для одного броска, Верховный Король.

— Наконец, — бухнул Каладан Бруд, возвращая ужасный всесокрушающий молот на пояс, — начались рассуждения стратегического толка. — В его голосе все еще звучал гнев, словно он ярился, вынужденный долго разъяснять нечто, все время бывшее очевидным. — Нейтралитет остается наилучшим для нас курсом, пока не прояснится природа Серебряной Лисы. В нашей тарелке и так достаточно врагов. Теперь хватит драм, если вам угодно. Не сомневаюсь, у тебя есть информация о положении Отродья Луны и масса всего другого. — Он посмотрел на Парана с внезапным раздражением: — Капитан, вы ничего не можете сделать с этим вертячим столом?

Вздрогнув, Паран посмотрел на него: — Ну, — начал он, — на ум сейчас ничего не приходит, Полководец. Я, гмм, не маг….

Бруд хрюкнул и отвернулся. — Не важно. Мы будем считать это глупым украшением…

Быстрый Бен прокашлялся: — Я смогу что-то предпринять, Полководец. Со временем…

Каладан поглядел на Даджека, тот ухмыльнулся и разрешающе кивнул Быстрому Бену.

— Не просто солдат, как я вижу, — заметил Аномандер Рейк.

Маг Семиградья вздрогнул. — Я оцениваю ситуацию, Лорд. Не гарантирую никакого успеха, предупреждаю вас… нет, не надо тянуться ко мне, Сын Тьмы. Я ценю приватность.

— Как пожелаете, — сказал Рейк и отвернулся.

— Кто — нибудь проголодался?

Все взоры обратились на Крюппа.

Майб, пользуясь тем, что на нее никто не обращал внимания, потихоньку вышла из круга, миновала ряды островерхих палаток Тисте Анди, а потом повернулась и попыталась убежать. Кости и мышцы протестовали, по жилам разливались страх и паника.

Она хромала, полуслепая от слез, тяжело дыша и всхлипывая.