Я перевернулся на спину. Будь рядом со мной Алеша, мы бы не разговаривали и вообще ни о чем не думали. Почему он так и не позвонил? Я волновался. Меня донимала духота. Я положил руки под голову, закрыл глаза и тяжело вздохнул.

7

‑ Вчера мы выбросили мусор из пылесоса. В мешке были волосы Александры. Вот так.

Я уселся на камень рядом со Стефаном и посмотрел на бегущие мимо воды Изара, на унылые, бурые поля и холмы. Этим летом весь ландшафт вокруг Мюнхена превратился в высохшую пустыню. На ногах Стефана были новенькие кроссовки, я еще не видел на нем таких ‑ с воздушными камерами, защитой от боковых ударов. Аппликации с металлическим отливом делали их похожими на пару маленьких гоночных болидов. Мои матерчатые туфли, напротив, были поношенные и старые. Внезапно я почувствовал, что страшно устал от всего. Солнце жгло мне череп, размягчало мозги и с незримой силой давило на веки, словно я проглотил слишком большую дозу обезболивающего. Неужели мы не могли найти место в тени? Или просто ленились его искать? Что мне вообще хотелось в тот момент? Во всяком случае, не думать.

‑ Александра Каспари? ‑ неожиданно спросил Стефан. ‑ Она ведь заходила ко мне совсем недавно, ну буквально несколько дней назад.

‑ Что? Повтори, пожалуйста! ‑ Мой мозг мгновенно включился.

‑ Ну, такая хорошенькая, темноглазая брюнетка. Пришла по твоей рекомендации.

‑ Совершенно верно. Почему же ты рассказываешь мне это лишь теперь?

‑ Почему‑почему. Не мог же я предположить, что Каспари будет убита. А ты мне ничего не сказал, даже в четверг в «Дукатце», когда убийство было еще свежим.

‑ Чего же хотела Александра?

‑ Адвокат не имеет права рассказывать об этом посторонним.

‑ Не мели чушь. Парикмахер ‑ никакой не посторонний. К тому же Александра оказалась у тебя по моей рекомендации.

‑ Бедняжка была абсолютно на пределе. Речь шла о сыне и о праве родительской опеки. Александра собиралась разводиться.

‑ Она боялась Холгера?

‑ Пожалуй.

‑ Иначе бы не стала консультироваться с тобой?

‑ Можно считать и так.

‑ Стефан, пожалуйста, не темни! Говори ясней!

‑ Муж грозил лишить ее родительских прав и все такое. Она хотела узнать у меня, следует ли ей относиться к этому всерьез. Ее очень волновал этот вопрос.

‑ Ну?

‑ Отцу не так просто получить право родительской опеки. Для этого ему придется доказывать, что мать совершает серьезные просчеты в воспитании ребенка.

‑ Плохо за ним смотрит, что ли?

‑ Да, примерно так. ‑ Стефан хлопнул себя по колену и встал. ‑ Двинемся дальше? Иначе у меня от жары поедет крыша.

‑ Александра с утра до вечера пропадала на работе, ‑ сказал я. ‑ Много ездила. Кай довольно часто был предоставлен самому себе.

‑ Для судьи это еще не довод. За такие вещи не лишают родительских прав. Вероятно, в тот раз она не все мне сказала. Ведь ей требовалось лишь уточнить свои права.

‑ У Александры часто менялись мужчины.

‑ Конечно, это свидетельствует о ее легкомысленном образе жизни. Но тут сначала придется доказать, что это нанесло ущерб ребенку, что ребенок был заброшен.