Проктор на экране жестом попросил напомнить имена.

– Между Элизабет Беннет и мистером Дарси.

– Благодарю. Имена подзабылись. Прекрасная, хотя и упрямая Элизабет Беннет… всего лишь моя однофамилица… и стремительный, но высокомерный мистер Дарси. Эта книга так хорошо написана и так притягательна, что во время чтения вы забываете о том, где находитесь. Ваше тело сидит в гостиной, у вас длинный список важных дел, нужно позвонить сантехнику, а собака давно скулит и просится на прогулку. Но все это ничуть не волнует вас, ибо разум пребывает в другом месте. Ваш разум – то есть воспринимаемая вами реальность – пребывает в английском поместье первой трети девятнадцатого века. Не будет преувеличением сказать, что это очень яркое сновидение наяву. Вы согласны?

– Пока что да, – осторожно кивает журналистка.

– Повествование разворачивается. Оно построено очень умело: герои, сюжет, обстановка, подавленная страсть. В конце романа Элизабет и мистер Дарси обязательно соединят свои судьбы! И вы полностью уверены, что так оно и будет. Иначе роман сочли бы бессмысленным и жестоким. Интерес, с которым вы читаете роман Остин, вызван не столько волнением за судьбу героев, ведь отчасти вы уже уверены в благополучном конце, сколько тонким наслаждением от поворотов сюжета. Вы согласны с такой трактовкой?

– Думаю, да.

– Тогда позвольте спросить: где источник очарования? Что делает эту историю такой захватывающей? Отчего так называемый реальный мир перестает для вас существовать?

Журналистка пожала плечами:

– Наверное, талант Джейн Остин. Она была гениальной писательницей.

Проктор на экране, в свою очередь, улыбается:

– Согласен. Она была гениальной писательницей. И эта гениальность ощущается в каждой прочитанной вами фразе.

– Вы правы.

К этому времени я вспомнил кое-что об этой Салли (сын оканчивает юридический колледж, дочь учится в другом колледже, муж – кистевой хирург; у нее две собаки корги, и мы беседовали за чашкой кофе).

– Продолжу аналогию. Правильно ли утверждать, что это свойство гения является его отличительной чертой? Что разум одного человека управляет всем миром произведения?

– Вы имеете в виду разум Джейн Остин.

– Разумеется. Ее мастерство позволяет вам погрузиться в произведение, которое, по сути, является коллективным сном. Автор романа – Остин, но его действие разворачивается в вашем уме, временно заслоняя собой физическую реальность, комнату, в которой продолжает находиться ваше тело.

– Кажется, я понимаю, к чему вы клоните.

– Отлично. Тогда расскажите.

Женщина помедлила, собираясь с мыслями.

– Вы утверждаете, и я считаю это правильным, что Джейн Остин является душой «Гордости и предубеждения».

Проктор на экране снова улыбается:

– Правильно. Таков принцип, лежащий в основе интеграции сознания. Мир, за которым не стоит живой разум – иными словами, душа, – вообще не мир. Это всего лишь место. Вот почему испытуемые ощущали пустоту и отчаяние. Роман Остин воспринимается как живой, поскольку он действительно живой, как и тот мир, в котором мы с вами сейчас находимся. Он создан разумом, а не машиной. Именно так создается ощущение глубинного порядка и целесообразности. Вы можете этого не замечать, однако чувствуете присутствие разума, что делает жизнь сносной, даже больше: достойной того, чтобы жить.

Журналистка молчала. На ее лице мелькнуло волнение.

– Но то, о чем вы говорите, подразумевает…

– Да, и в немалой степени.