Петерсен бегло взглянул на Джордже, развернулся и вышел из каюты. Толстяк и Алекс незамедлительно последовали за ним, плотно прикрыв за собой дверь.

Они отошли на несколько шагов, и Петерсен уже открыл было рот, чтобы что‑то сказать, как дверь каюты вновь отворилась и в коридор вышел Карлос. Он приблизился к мужчинам, глядевшим на него:

– Вы расстроены, майор? – спросил Карлос озабоченно.

– Недоволен. Правда, я говорил Михаэлю, что на борту корабля никто не вправе обсуждать действия капитана, однако здесь другой случай. Как я понимаю, эти люди также направляются в Плоче?

Карлос кивнул.

– Где они будут спать?

– В носовой части судна есть каюта на пятерых. Не думал, что это достойно упоминания и что прибытие людей может так огорчить вас.

– Я недоволен. Рим дал мне ясно понять – мы будем путешествовать одни. Мы не готовились к совместному плаванию с пятью... точнее с семью, совершенно незнакомыми мне спутниками. Кроме того, меня беспокоит то, что вы знаете их. По крайней мере, Алессандро.

Карлос хотел возразить, но Петерсен, повысив голос, продолжил:

– Верю, что вы не принимаете меня за глупца и не будете отрицать это. Не в вашем характере демонстрировать столь подчеркнутое почтение к незнакомцу. Наконец, я недоволен тем, что эти люди имеют вид наемных убийц, жестоких, безжалостных. Разумеется, они таковыми не являются, поэтому я и употребил выражение «имеют вид». Единственная опасность заключается в недостаточной предсказуемости подобных пассажиров. В лексиконе настоящего убийцы слово «непредсказуемость» отсутствует. Планировать и организовывать убийство – довольно тонкое искусство. Сперва дело «прокручивается», оформившись, получает надлежащую огранку и только потом воплощается в жизнь. Настоящие убийцы выглядят не так, как эти люди.

– Кажется, вы много знаете о наемных убийцах, – Карлос слабо улыбнулся. – Бели Алессандро и его люди вас не особенно беспокоят, быть может, вас огорчает присутствие здесь Джакомо?

– У меня сложилось впечатление, что Джакомо предпочитает лобовую атаку, – сказал Петер‑сен. – Скрытность – далеко не самое сильное свойство его натуры. Он даже не начал этому обучаться. Впрочем, вы знаете Джакомо лучше, чем мы.

– Что вы хотите этим сказать?

– Только то, что вы не очень хороший актер.

– Представьте себе, то же самое мне говорил режиссер нашего студенческого театра. Выходит, Лоррейн?

– Вы с ума сошли! – воскликнул Джордже.

– Карлос ничего не утверждает, а только намекает, – улыбнулся Петерсен. – Делает намек. У классически прекрасной девушки неласковый взор.

Последняя реплика майора явно понравилась Карлосу – он не сумел этого скрыть. Довольное выражение его лица подтвердило недавно высказанное Петерсеном мнение о никудышных актерских способностях Карлоса.

– Если вы огорчены, – проговорил капитан, – то приношу вам свои извинения. Хотя, по правде сказать, не знаю, в чем я перед вами провинился. Все пассажиры имеют рекомендательные письма. Каждое для меня равносильно приказу. Мой долг – подчиняться ему. В своих действиях я ничем иным не руководствуюсь.

«Он и в самом деле плохой актер, – подумал Петерсен.