— Ну, чего?

Герцог заткнул артефакт за пояс и поцеловал дочь в лоб: прежде это всегда помогало, разгоняло страхи.

— Можно я с тобой эту ночь посплю? — промямлила девушка, приготовившись к жёсткому отказу.

Министр шумно выпустил воздух через ноздри. Категорическое «нет», на другое Натэлла и не рассчитывала. У отца наверняка женщина, а тут взрослая дочь кошмаров боится.

— Ты сама понимаешь, это невозможно, — с расстановкой ответил герцог. — Я могу посидеть, пока ты не заснёшь, но не более. Даже детей не берут в постель.

Натэлла кивнула и потупилась.

— Стань взрослой, пожалуйста. Мне надоело с тобой нянчиться. Ты ли Сомераш, наследница славного королевского рода Аризис и Ланкийского герцогского дома. На тебя равняются, ты должна подавать пример, а не уподобляться мамкиным клушам, на которых женятся из-за приданого.

Девушка снова кивнула и обещала стать смелее. Герцог улыбнулся и, обняв, активировал артефакт. Оказавшись в столичном доме, министр передал дочь в руки слуг и велел послать за врачом. Тот подтвердил, Натэлла — девственница. У герцога отлегло от сердца.

Девушке дали успокоительного и большую дозу снотворного, поэтому, зайдя через час, министр нашёл её спящей. Он приоткрыл окно, чтобы выветрить запах лекарств, недолго посидел рядом с дочерью, традиционно поцеловал на ночь и ушёл.

Ночью предстоял важный разговор. Герцог взял в себя в руки и не собирался в угоду отцовским чувствам пустить прахом все прежние договорённости. Пусть некромант приведёт его к власти, а дальше достаточно приказать, и мэтр Карен умрёт при весьма будничных обстоятельствах. Даже инквизиция окажется ни при чём, некому будет рассказать о прошлом нового короля.

Короновавшись, герцог собирался изменить закон о престолонаследии. Отныне монарх сам станет выбирать приемника. Пол значения не имеет. Та же принцесса Маргрета стала бы великолепной королевой, но трон отдали младшему в семье. А ведь женщина женщине рознь, не все годны только для деторождения. К сожалению, Натэлла править не сможет, как ни старался герцог её перевоспитать, значит, нужно жениться вторично. Министр подозревал, какой резонанс вызовет его брак, но иной женщины, кроме Алисии, в качестве супруги не видел. Оставалось надеться, она ответит согласием, принуждать герцог не хотел, хотя сознавал, без наследника придётся тяжело.

Глава 14. Я иду тебя искать

Эллина забеспокоилась, когда уже почти две недели не получала от Брагоньера известий. Он явно уже прибыл в столицу и, несомненно, уделил бы пять минут короткой записке, если уж послал весточку перед отъездом. Возможно, его задержали дела, но тогда он тем более бы предупредил. Волнение только усилилось, когда к Эллине зашёл местный начальник Следственного управления и поинтересовался, не менял ли Брагоньер планов. Гоэта тут же вцепилась в него, как клещ, и выяснила, что соэр на два дня отпустил охрану в Калеоте и с тех пор не подавал никаких известий. Городская стража заверяла, из столицы он не выезжал.

— Есть ведь ещё что-нибудь, да? — Эллина пристально смотрела на сухонького поджарого мужчину, тоже аристократа, который не побрезговал прийти к безродной гоэте, чтобы лично задать один единственный вопрос. — Он вообще пропал, верно?

Следователь старательно отводил глаза и молчал. Это лишь укрепило дурное предчувствие.

— Я не имею права знать? — догадалась гоэта.

— Отчего же, просто знать нечего.

— Тогда мне тоже нечем вам помочь, — жёстко ответила Эллина и засуетилась, не стесняясь постороннего, собирая вещи.

— Или вам необходимы профессиональные услуги? — осенило её.