Работали без обеда, чтобы не подниматься ради этого из шахты.

На подъем, а потом на обеззараживание ушло бы слишком много времени, поэтому решили просто закончить на полтора часа раньше.

Для отдыха взбирались на узкие технологические уступы, которые тянулись вдоль всей подземной магистрали.

Предполагалось, что ими должны были пользоваться обходчики. Но что могли проверять тут обходчики?

– А зачем здесь так много кабелей? Разве это для них подходящее место? – спросил Бернард во время одной из передышек.

– Так это, вроде, раньше метро было. Может лет сто назад, а то и больше, – сказал Фут. – Потом что-то пошло не так и оно ушло на глубину, вот и стали его использовать таким вот образом.

– А почему же мы на рельсы ни разу не натыкались? Должны же они где-то остаться – не все же затянуло камнем?

– Там были электромагнитные панели, – пояснил Эдгар. – Иногда под ногами попадаются такие квадраты, как плитка крупная. Это они и есть.

– Да, точно… – кивнул пораженный Бернард. Он уже не раз чувствовал под толстыми подошвами сапог эти странные квадраты.

– Ну что, передохнули, пора и вкалывать! – скомандовал Эдгар.

– Постой, Эд, я еще нашего Ренальдо про его новую девчонку не расспросил! – запротестовал Фут.

– Наверху расспросишь, место не слишком подходящее, да, Ренальдо?

– Она вовсе и не новая, – отмахнулся тот, беря от стены отбойник с длинным жалом.

– Старая, что ли? – не отставал Фут, который непостижимым образом ухитрялся «догоняться» не имея доступа рук в защитных крагах к лицу за стеклом маски.

Ренальдо промолчал и начал работать, чтобы избежать дальнейших расспросов.

Остальные тоже взялись за молотки и грохот стоял такой, что местами сталактиты обрушивались только из-за мощного резонанса.

Бернард снова работал с упоением, не помня себя и когда прозвучал сигнал об окончании рабочего дня, который, каждый раз, подавал лично Эдгар, он даже испытал некоторое разочарование.

Потом начался подъем оборудования и, одного за другим – всех работников.

Нога в петлю, страховку – за подъемный трос и обеими руками – за него же. Затем следовала команда Гунксу и его лебедка стремительно поднимала очередного пассажира в предварительную камеру.

– Ох, и воняете же вы братцы! – возмущался он, поднимая очередного рабочего.

– Ты же в маске, как ты можешь чувствовать? – заметил ему Ренальдо.

– Ребята, вы так выглядите, что и в маске понятно, как от вас пахнет!

Вторым подняли Бернарда, а за ним, после препирательств с бригадиром был Фут и лишь потом сам Эдгар, который категорично отказал Футу в праве подниматься последним.

Поскольку работа на объекте предстояла и на следующий день, все оборудование оставили в предварительной камере и выбравшись по лесенке наверх «к солнцу и воздуху», не спешили снимать маски, пока не прошли через «мешок» – накачиваемый воздухом пластиковый пузырь, в котором с нескольких направлений специальными форсунками подавалась вода с дезинфектором.

Полминуты и готово – в «мешок» заходил следующий.

И уже на выходе можно было снимать маску, не рискуя получить шок от жутких запахов.

После работы в «сухих» магистралях, где нечистоты текли в виде небольших ручейков, подобной обработки не требовалось.

Сняв, наконец маску с фильтром, Бернард протер лицо специальной освежающей салфеткой и со счастливой улыбкой стал смотреть на пасмурное небо, чувствуя, как охлаждает лицо моросящий дождик.

Когда рядом встал Эдгар, также вытираясь салфеткой, Бернард спросил:

– Командир, а почему ты ругался с Футом из-за подъема? Какая разница, кто пройдет последним?

Тот качнул головой и улыбнулся.