И лишь потом, с рассказов своего адвоката, она смогла восстановить произошедшие события.

– Ты пыталась остановить его, Нора, этой версии и держись, если они пойдут в суд. Но они не пойдут, ты же знаешь.

– Знаю, Джо.

– Однако, они настаивают на лечении, Нора.

– Я не поеду в дурку, Джо! Ни за что не поеду!

– Это не дурка, Нора. Это такой дом отдыха, курортное местечко в долине на Востоке, там даже теплее на десять градусов, чем у нас в городе. Представь, там даже зимой цветут орхидеи. Заодно пройдешь курс очистки, ты же знаешь, что нуждаешься в этом.

– Да, знаю, – вынужденно согласилась она, потому что каждые шесть часов ей требовалась новая доза.

Какое-то время мать и дочь сидели молча, собираясь с мыслями и успокаиваясь.

– Знаешь, детка, вот мы встретились… и давай забудем прошлое, как страшный сон, – предложила Нора, держа руку Эммы в своих руках.

– Давай, мам. Расскажи лучше, как ты тут живешь? Внешне выглядит неплохо, – сказала Эмма осматриваясь. – Не думала, что отец создаст для тебя такие условия.

– Они не всегда были такими, детка.

Нора налила себе воды и сделав пару глотков улыбнулась, снова коснувшись руки Эммы.

– Я тебя не узнала, ты стала такой взрослой.

– Шестнадцать, мама. Мне уже шестнадцать, – подсказала Эмма, поняв что Нора не может вспомнить, сколько лет ее дочери.

– Как у тебя дела, чем ты занимаешься?

– Ничем, мама. Тусуюсь.

Нора кивнула. Этого она и боялась и Эмма это поняла.

– Не бойся, я не закидываюсь. Ну, не сильно. Сильно было пару раз, но мне не понравилось. Теперь только алкоголь. Иногда.

– У тебя есть молодой человек?

«А у тебя?» – едва не вырвалось у Эммы, поскольку краем глаза она видела Поля, маячившего за «витринами» модернового дома.

– Постоянного нет, мама. Мои настроения быстро меняются.

Нора вздохнула. Ей хотелось, чтобы дочь не совершала ее ошибок.

– Ты у меня красавица, – сказала она коснувшись щеки Эммы. – Наверное от кавалеров нет отбоя.

– Был один – старше меня. Он мне нравился, но… почему-то отказал мне, ну, типа, я малолетка. Я даже жила у него какое-то время, но он был мне как… как старший брат, мам. Такой клевый. Учил меня готовить и я даже приводила показать ему своего тогдашнего парня. Когда папа узнал про Эдварда, очень разозлился, несмотря на то, что у нас ничего не было. Это мне Адамс рассказал – его новый начальник охраны.

– И что стало с этим парнем?

– То ли сторчался, то ли забухался в край. Я его как-то навещала, но он был совсем никакой.

– Может Аспер вмешался? Твой отец не прощает привязанностей не в его пользу, – сказала Нора и покосилась в сторону стеклянных стен дома.

– А этот Поль…

– Аспер в курсе. Он перестал чинить мне какие-то препятствия в поступках. У нас ним новый договор.

– Что за договор? Давно?

– Уже больше трех лет. Как-то его крепко прижала налоговое ведомство и они с партнерами разработали схему в которой должна была участвовать и я, как владелица активов Аспера. В некоторых позициях до семидесяти процентов.

– Ничего себе. А с чего такая щедрость? – поразилась Эмма и отразившиеся на ее лице эмоции, заставили Нору засмеяться.