– Ты что, и впрямь считаешь, будто я съехал с кату¬шек?

–  Ну почему съехал,– сразу пошел он на попятную.– Ты же все остальное воспринимаешь как нормальный че¬ловек, так? Ну а в одном месте у тебя образовался малюсе¬нький пунктик с красавицами из древних времен, гнусны¬ми разбойниками, тобой, как рыцарем без страха и упре¬ка, и, наконец, этим сказочным перстнем, которым я, ко-нечно, с удовольствием полюбовался бы, но в чужой глюк залезть невозможно.

–  В глюк – да,– кивнул я.– Только у меня все было на самом деле. А перстень? Он и правда красивый, но, сколь¬ко его ни описывай, не зря же говорят – лучше один раз увидеть, верно? Так что на, посмотри сам.– И сунул ему под нос кулак.

Валерка резко отпрянул, очевидно решив, что мое по¬мешательство перешло в буйную стадию. Но кулак мед¬ленно разжимался, и он понял, что ошибся. К тому же там явно лежало что то золотое с чем то красным. Я поднес ладонь поближе к глазам друга, чтобы тому удобнее было рассматривать, и терпеливо ждал.

Валерка смотрел долго. Очень долго. Он то отводил мою руку подальше, то вновь приближал ее, потом очень бережно сдвинул ладонь влево, спустя полминуты вправо, после чего шепотом спросил:

– Потрогать можно?

–  Трогай,– великодушно разрешил я.– Теперь все можно. Уже не исчезнет.– И устало улыбнулся.– Знаешь, с тех пор как я почувствовал его в своей руке, я больше всего боялся, что он в какой то момент возьмет и выберет¬ся из нее. Сам вылезет или просто растает. Потому и не разжимал кулак. Вот только сейчас первый раз и риск¬нул.

– Ты хочешь сказать, что это...

– Точно. Она подарила,– ответил я, пояснив: – Лал это. Камень любви.– И вздохнул.– Может, поможешь отдать, а?

Глава 4

ПРЕДПОЛЕТНАЯ ПОДГОТОВКА

Иду я вдоль дороги по обочине, потому что по тем двум узким колеям с плюхающейся внизу грязью идти может только идиот, и припоминаю извечное. Да да, про дура¬ков и наш отечественный автодор, который пока еще не изобрели и который, как выясняется, все таки что то де¬лал. Это только теперь мне понятно, чем плохая дорога лучше, нежели ее полное отсутствие.

«Первым делом определись с датой и местом, а отсюда уже пляши»,– припомнилось мне одно из последних на¬ставлений Валерки.

Легко сказать – определись. Лес на Руси – он повсюду лес. По нему вычислять, где ты спикировал, все равно что положить раскрытую пятерню на карту мира и орать: «Туточки мы!»

О дате и говорить нечего. День и год не узнаешь, пока не встретишь прохожего, а месяц, судя по погоде, мне выпал не очень удачный – явно осенний, с низкой серой пеленой насквозь мокрых облаков, капало из которых за¬унывно и тоскливо, словно из невыжатого белья, разве¬шенного на просушку.

Вот температуру воздуха я определил чуть ли не сразу, в первые минуты своего попадания сюда: холодно. Если и есть градусов пять выше нуля, то это предел, а то и вовсе два три, не больше. Сырой ветер оптимизма тоже не до¬бавлял.

Правда, уже спустя полчаса я понял, что с осенью дал маху. Скорее уж ранняя весна, судя по маленьким кучкам грязного, ноздреватого снега, который сиротливо жался к деревьям поодаль дороги. Учитывая его остатки, я сделал смелый вывод, что не сегодня завтра эта холодрыга закон¬чится, отчего мое настроение резко улучшилось, и я заша¬гал гораздо бодрее, хотя по прежнему в неизвестном для себя направлении.

Радовало и то, что одежда на мне сохранилась целиком, начиная от шнурков на берцах и заканчивая бушлатом и шапкой.