— Возьми, если хочешь, — предложила Аргентайн. Я покачал головой и пошел к двери.

 — Куда ты? — позвала она, большей частью потому, что не была уверена, знаю ли я это сам.

 — Назад, в реальный мир, — ответил я.

 Глава 29

 — Да ты на ходу подметки рвешь, — сказал Брэди, когда я вошел в офис. Наклонившись над столом-терминалом, он весь вытянулся вперед, как ищейка, вынюхивающая наркотики. Стол был такой же, как и на его крейсере: черный блестящий куб.

 — Знаешь ли ты, какой штраф предусмотрен для псионов, носящих биоподключение?

 — Идите вы со своим штрафом, Брэди, — скорчил я гримасу, повалившись в кресло. — Я знаю это куда лучше вас.

 Судя по тому, как я себя чувствовал, они уже не могли ничего со мной сделать: все, что могло случиться, уже случилось.

 — Где ты поставил незаконный переходник?

 — Неважно. Вы ж не будете сдавать меня, — бросил я вызов Брэди, заставляя его подтвердить это; но наслаждаться тем, как он обтекает, я не мог, поскольку чувствовал себя паршиво. — Сейчас мне оно нужно. Я избавлюсь от него как только смогу. Носить эту гадость — уже само по себе наказание. И как только вы, твердолобые, выдерживаете?

 Брэди, напрягшись всем телом, сверлил меня немигающим взглядом. Спустя несколько секунд тело его расслабилось. Это означало, что Брэди махнул на меня рукой, отказываясь объяснять поведение социального урода.

 — Ну-ну, смотри, — многозначительно посоветовал он. — Что ты выяснил насчет Дэрика Та Минга?

 Я прислонился к спинке кресла, стараясь не обращать внимания на сухость во рту и не давая своему взгляду безостановочно бегать вдоль черных и острых, как лезвие ножа, граней его стола. Я посмотрел на широкое окно за спиной Брэди, на операционный комплекс Центавра, расползающийся — по мере того, как холодное ясное утро стягивало с него ночной сумрак, — по всему Лонгаю. Комплекс был таким же большим, как и город, стоявший на его месте раньше. Теперь я увидел, что вся обстановка этого офиса и даже цвета в нем были точно такими же, что и в каюте на его корабле. Брэди любил держать свой мир под контролем. Неудивительно, что ему не нравилось происходящее сейчас.

 — Думаю, я выяснил, как вы можете спасти жизнь Дэрику.

 Выражение его лица почти не изменилось, но мозг превратился в восклицательный знак.

 — Как?

 — Вам это не понравится. Вы рассказали Харону… джентльмену Харону, — уточнил я, поймав его недовольство, — о том, что произошло?

 — Он знает, что Дэрик в беде. И что ты продолжаешь работать на меня здесь, на Земле.

 — Ну и как он воспринял?

 — Крайне предвзято, — сжав губы, усмехнулся Брэди. — Ну?..

 Объяснить по кривой я не мог, поэтому рубанул прямо:

 — Если он хочет видеть Дэрика живым, дерегуляция пентриптина не должна пройти в Конгрессе.

 Брэди легкомысленно кивнул, посчитав, видимо, что он ослышался.

 Я стал объяснять ему по новой: наркотики, связи Дэрика с Черным рынком, как Дэрик переступил через невидимую черту и что перешагнуть ее снова будет неимоверно трудно. С каждым моим словом нутро Брэди темнело все больше и больше: он начинал понимать, что сделал Дэрик с собой.