– А это они, – Стив указал на женщину с девочкой. – Ты ведь хочешь работать, не так ли? – обратился он к женщине.

– Да, сеньор, – ответила она чуть слышно.

– Поезжай с ним Будет работа… Все будет хорошо.

– Спасибо… Да хранят вас боги, сеньор.

Женщина встала и со спящей девочкой на руках направилась к машине.

– Как тебя зовут? – крикнул ей вслед Стив.

Она обернулась:

– Мариана… А её – Мариэля.

– Спасибо, Гаэтано, – сказал Стив. – Вы сильно выручили меня. Не обижайте девочку.

Парень тряхнул рыжей головой:

– Зачем обижать? Мы бедных людей не обижаем. Где вы нашли их?

– Здесь, на набережной.

– А‑а, – протянул он. – Ну понятно… Чао, сеньор! Если что понадобится, звоните…

Он помог женщине залезть в машину, сел сам, дверца захлопнулась, и через мгновение «виллис» исчез за стеной цветущих олеандров.

Стив окинул взглядом искрящуюся солнечными бликами бухту с косыми парусами яхт, ряды небоскрёбов на противоположном берегу, разноцветные киоски, выстроившиеся вдоль бульвара и набитые всякой всячиной, и, повернувшись на каблуках, зашагал к «Континенталю». По дороге его внимание несколько раз привлекли оборванные дети, тянувшие к нему худые грязные ладони. Стив раздал им всю мелочь, которую нашёл в карманах.

Когда он подходил к отелю, он уже не сомневался, что совершил вчера вечером грубую ошибку: следовало наказать Феликса Крукса не двадцатью, а по меньшей мере двумястами тысячами долларов в пользу бездомных детей Латинской Америки.

У подъезда «Континенталя», перед центральным входом, Стив увидел знакомую машину – тот самый шикарный лимузин, на котором минувшей ночью провожал Феликса Крукса в аэропорт Акапулько. Не означало ли это, что адвокат возвратился из Мехико? Встреча с Круксом сейчас не устраивала Стива. Однако миновать «Континенталь» было невозможно.

Стив шагнул в кондиционированный сумрак холла. Просторное помещение на этот раз было почти пусто. Возле стойки высокий худощавый старик в строгом чёрном костюме разговаривал с портье, а у лифтов, видимо, поджидая кого‑то, стоял вчерашний шофёр с лицом бывалого каторжника. Без сомнения, он узнал Стива, но не подал вида.

Стив направился к стойке. Старик в чёрном окинул его равнодушным взглядом и, отвернувшись, приказал шофёру:

– Поезжайте наверх, Полшер. Возьмите мой чемодан. Мы сейчас выезжаем.

Шофёр исчез в лифте.

– Куда прикажете переслать счёт, сеньор Пэнки? – спросил портье.

– Все оплатит мистер Крукс, когда вернётся, – ворчливо ответил старик. – Номер остаётся за ним. Разве он не предупредил?

– Мне неизвестно об этом, сеньор.

– Он должен вернуться сегодня вечером или завтра.

– Хорошо, сеньор.

– А это вам, возьмите, – старик протянул портье зелёную купюру.

– Покорно благодарю, сеньор.

Старик отошёл от стойки.

Стив взял у портье расписание тихоокеанских авиарейсов, пробежал его глазами и попросил заказать билет на вечерний рейс в Манилу.

– Сеньор уже покидает нас? – удивился портье.

– Срочные дела…

– Просим не забывать нас в следующий приезд.

При входе в лифт Стив снова столкнулся с водителем лимузина. Тот вышел из лифта навстречу Стиву с небольшим чемоданом в руке. Приглядевшись, Стив понял, почему красно‑коричневое лицо этого человека производило отталкивающее впечатление. Щеки, лоб и подбородок покрывали рубцы и шрамы; один из шрамов, самый отчётливый, начинался на правой щеке, пересекал наискось нос и кончался на виске под левой бровью.