– Вы истинный клад, сеньор Сутрос, – заметил Стив. – Я даже не предполагал, что вам известно так много.

– Об этой фирме и её делах здесь известно многим… Только никто не стал бы вам рассказывать все это…

– Вероятно, и вы как‑то связаны с пирамидой, воздвигнутой Фигуранкайном? Впрочем, если мой вопрос покажется вам не очень тактичным, не отвечайте.

– Нет, почему же, – медленно сказал Сутрос, – вам могу ответить. Обстоятельства впутали меня в дела этой фирмы больше, чем мне хотелось бы… Но теперь, благодаря вам, сеньор Роулинг, я надеюсь выпутаться и, как уже имел удовольствие сообщить вам, смогу даже на этом заработать. Этот отель – не единственное, что принадлежит мне… Думаю, моему примеру последует и ещё кое‑кто. Но в таком деле всегда важно оказаться первым.

– Не означает ли это уже появление трещин на пирамиде Фигуранкайна? – поинтересовался Стив.

– Нет, конечно, – пренебрежительно махнул рукой Сутрос. – Мы здесь, в Юго‑Восточной Азии, слишком мелки. Знаете, как рыбки‑прилипалы у китовой акулы. Трещины – совсем другое…

Прошло несколько дней. Каждое утро Стив наведывался в кабинет хозяина отеля, расположенный в цокольном этаже здания. Сеньор Сутрос встречал его радушно, угощал крепким, необыкновенно ароматным кофе, говорил о погоде, о биржевых новостях, а в заключение, когда они оставались вдвоём, отрицательно качал головой и лаконично пояснял:

– Пока ничего… Надо ещё подождать…

В одну из таких встреч, уже прощаясь, Сутрос вдруг поинтересовался, владеет ли Стив приёмами каратэ.

– Немного, – ответил удивлённый Стив. – А что, может понадобиться?

– В вашем положении не исключено, – улыбнулся толстяк. – Впрочем, это больше будет зависеть от вас…

– Я давно перестал тренироваться регулярно, – пожал плечами Стив.

– И напрасно. Каратэ – эликсир здоровья.

– Проблема времени, сеньор Сутрос.

– Но сейчас время у вас есть. Могу порекомендовать неплохого тренера.

– Кто такой?

– Тео Ионг Хаук, сингапурец. Один из немногих, кто ещё владеет приёмами санчин‑до – древнекитайского воинского искусства. Когда‑то его создали и усовершенствовали буддийские монахи, добиваясь свержения власти маньчжуров. Потом оно стало своего рода школой самосовершенствования: человек с помощью этого искусства познает неведомые ему возможности своего организма, своих мышц, например, нервной системы.

– И что может ваш Тео?

– Многое, – усмехнулся Сутрос – Может, например, стоя на двух коробках яиц, разрубить ударом руки стебель сахарного тростника, подвешенный на двух бумажных полосках. Разумеется, и бумажные подвески, и яйца в коробках останутся в полной сохранности.

– Чудеса какие‑то.

– Только тренировка. Он говорит, что научился балансировать, стоя босыми ногами на яйцах, после года тренировок.

– К сожалению, не располагаю годом.

– Овладение многими приёмами санчин‑до требует меньшего времени.

– Сколько же он берет за сеанс?

– Мои друзья – друзья Тео, – расплылся в улыбке Сутрос. – С друзей он не требует ничего, кроме благодарности.

– И если мне предстоит пробыть тут ещё с неделю… – начал Стив.

– Смею смиренно просить вас воспользоваться уроками Тео, – докончил Сутрос.