|
Он не мог сказать, что ему необходимо прикасаться к ней, что невероятное чувство охватывает его в ее присутствии, и это больше похоже на колдовство. Он не хотел, чтобы женщина об этом знала. У него есть дело и нет времени на безрассудную страсть. Возможно, когда все будет закончено, когда его клан будет надежно обеспечен золотом, он устроит себе каникулы и снова поедет на восток… Ведь для них обоих место не имеет значения. Хэзард был уверен, что Венеция ответит на его чувства, и эта уверенность появилась в то самое жаркое утро, когда они встретились впервые. Он тогда открыл глаза и увидел ее стоящей над ним. Они идеально подходили друг другу, и благодаря его обширному опыту Хэзард понимал, что такое не повторяется. Теперь Венеция смотрела на него снизу вверх, словно та ситуация повторилась с точностью до наоборот. Она видела, насколько он напряжен, чувствовала, что воздух между ними буквально заряжен желанием. И ей не хотелось отступать, не хотелось быть разумной! В отличие от Хэзарда она была еще достаточно наивна в вопросах секса, но умела распознать желание в глазах мужчины. Венеция открыто признавала, что их тянет друг к другу, и не могла понять, что мешает им насладиться взаимным влечением.
– Ты что, не собираешься мне отвечать? – она приподнялась на локте, не отрываясь глядя на него. – Нет! – голос Хэзарда прозвучал грубо: изгиб ее бедра, тонкая талия, высокая грудь сводили его с ума. – Но я хочу тебя. И мне казалось, что ты тоже хочешь меня. Я не понимаю, что еще может иметь значение. Венеция не ошибалась, и при других обстоятельствах ответ Хэзарда прозвучал бы иначе. – К несчастью, – с сожалением произнес он, – почти все в этом мире имеет значение. – А это не может подождать? – Или совсем исчезнуть? – мягко усмехнулся он. – Это было бы отлично. Хэзард покачал головой. – Будет куда лучше, если ты встанешь и уйдешь в хижину. Она лениво любовалась его потрясающей красотой. – А, по моему, гораздо лучше, если ты вернешься сюда, ко мне, – тонкие пальчики Венеции погладили мягкую траву у ее бедра. – У меня есть десяток причин, чтобы этого не сделать! – с отчаянием воскликнул Хэзард. – Вероятно, я смог бы тебе все объяснить… – Так попытайся. Хэзард невесело рассмеялся. – Что ж, во первых, я работаю. И много. – Мне показалось, что раньше тебе это не мешало, – Венеция напоминала ребенка, желающего во что бы то ни стало настоять на своем. – Не считая этого, – продолжал Хэзард, – мы с тобой противники. – Да неужели? – ее голос сочился деланным изумлением. – У тебя быстро меняется настроение, когда тебе чего нибудь хочется, верно? – негромко заметил Хэзард, вспомнив, как она угрожала ему накануне. Да что там накануне, всего десять минут назад, когда он нес ее к пруду. – Я полагаю, что нам лучше продолжить эту дискуссию после того, как ты оденешься. Венеция чувствовала, что борется с собой, и предприняла еще одну попытку: – Разве тебе не приятно смотреть на мое обнаженное тело? – ее соблазнительный голос составил бы честь даже Далиле. – Меня волнует только то, что твой отец и его друзья собираются отобрать у меня мои участки. По сравнению с этим все остальное просто ерунда. – Мне твой участок не нужен. – А мне не нужна ты! Не забывай: я прекрасно знаю, зачем ты явилась сюда и кто тебя послал. – Хэзард подошел к ней и рывком поднял на ноги. – И не изображай, пожалуйста, оскорбленную невинность. Венеция больше не пыталась соблазнять его – она была в ярости. И эта ярость показалась Хэзарду куда безопаснее. – Ты просто неотесанный чурбан! – презрительно бросила она и вырвала руку. |
