— Спокойствие, — я направился к стойке с топорами. — Ты же не думаешь, что я наследил?

— Они догадаются. Арнольд пытался разделаться с тобой во дворце Трубецких. Кому ещё выгодна его смерть? И кто, кроме тебя, мог провернуть всё… настолько виртуозно?

— Мало ли кто, — я выбрал две парных секиры. — Пусть докажут.

— Им не нужно ничего доказывать, — возразила морфистка. — Отправят сюда несколько механизированных бригад и сровняют с землёй все твои ангары с казармами.

— Успехов им.

— Ты издеваешься? Давно заглядывал в «Военное обозрение»?

Название было знакомым.

Смутно знакомым.

— Что это?

Джан наградила меня жестом в стиле «рука-лицо».

— Журнал с рейтингом клановых войск и родовых гвардий. Там подробный анализ текущего силового расклада, в том числе с перечнем сильнейших одарённых. Выходит раз в полгода.

— А ты что, военными делами заинтересовалась?

— Отец присоветовал.

— Зачем?

— Думает, ты слишком полагаешься на личную силу. Вот я и купила на почте. И выписала на следующий год, так что не благодари, — Джан швырнула увесистый журнал на маты. Обложка была цветной и устрашающей — с мехом, поднявшим вверх дисковую пилу.

— Сюда никто гвардию не направит, — я размялся лёгкой фланкировочкой и провёл рубящий удар снизу вверх. — Это территория Фазиса. Красная Поляна принадлежит не только мне. И тут живёт Маро.

— Будешь ей прикрываться?

— О, нет, — быстрая дорожка, удар сверху вниз, вторым топором — на уровне груди. Блок, удар локтем, снова левый топор, отступить. Перехват. — Я просто нанесу визит Волконским. После этого в новостях расскажут о скоропостижном исчезновении их Рода.

— Психопат.

— Какой есть.

Не обращая внимания на Джан, я отработал ещё одну дорожку, затем перешёл к связкам для клинча.

Считается, что парное оружие, будь то мечи или топоры — это очень плохо. Для войны не годится от слова «совсем», и я двумя руками голосую за это утверждение. Но в современном мире гораздо чаще происходят уличные дуэли и поединки на арене, где воину не нужно защищаться щитом от копий и стрел. А посему многие пользуются дайсё (парой из катаны и вакидзаси), двумя танто, ножом и кастетом, рапирой и дагой… Ну, и укороченными топориками, куда ж без них. Я стараюсь отточить технику владения всем арсеналом холодняка. Вернее, реанимировать былые навыки, чтобы загнать всё это в мышечную память на уровне рефлексов.

Мне даже приходилось наблюдать за мастерами шуангоу.

И не только наблюдать.

— Можешь отвлечься?

Завершив очередную связку, я кивнул:

— Да.

— У нашего Рода есть будущее, Сергей, — девушка сделала несколько шагов вперёд. — Но сейчас мы слабы. Не думай, что твои навыки, Дар и Бродяга помогут против… объединённых сил крупного блока.

— Солнце, я всё понимаю, — иду к стойке, чтобы сменить оружие. — Ты пойми, я не могу оставлять в живых человека, подручные которого мастерски конструируют ловушки и хотят меня убить. Рано или поздно у них получится. Ну, или кто-то из вас погибнет. Ты, Федя. Думаешь, вы сильно защищены в своей школе? Нихрена вы там не в безопасности.

Джан молчала.

— Я понимаю риски, связанные со смертью этого ублюдка. Поверь, они ниже тех, что были. Хочешь помочь — выясни, кто унаследует титул и возглавит Род Гамовых. Нам нужно вычислить их намерения. От этого зависит дальнейшая политика.

— Хорошо, — морфистка сдалась. — Попрошу папу, он пробьёт по своим каналам.

— Умница.

На следующий день выяснилось, что Барский снова вернулся к исполнению привычных обязанностей.