– Я не пью. Вот разве Марино? Он пьет. – В глазах Мак‑Кракена светился щенячий восторг.

– Я всегда пью одновременно только из одного стакана, чтобы вторая рука была свободна, Лу.

– Это потому, что вторая ему нужна, чтобы бить морду мужикам и лапать девочек. Правда, Марино? Будьте с ним осторожны, мисс Ногучи! Вы в его вкусе. Все бабы в его вкусе.

При этих словах Марино зверски выкатил глаза, а Мак‑Кракен зашелся визгливым смехом.

Мачико слегка подыгрывала своим подчиненным.

Она посматривала на Дениэлса, как будто говоря: “Ты прав. И где Эвастон нашел такого придурка?” И все же Мак‑Кракен внес какое‑то развлечение.

Разговор продолжался. Задавая хорошо обдуманные вопросы, Мачико вытянула из гостей некоторые значимые сведения об Эвастонвиле и Ливерморленде, на получение которых иначе у нее ушло бы несколько дней, а может неделя. Так, например, она узнала, что Эвастон, начав колонизацию этой планеты, не только нанял большое количество рабочих, а также выманил из Компании многих экспертов. Мачико была не единственной. По‑видимому, на планете в настоящее время работало немало “очкариков” – так Дениэлс называл ученых и технарей. По словам Дика, они в основном работали на фабрике и мало общались с остальным населением. Девушка попыталась вытянуть из них побольше информации о фабрике, но ничего не вышло. Парни не так много знали, их не подпускали к предприятию и на пушечный выстрел. Впрочем, они и не шибко им интересовались. Больше волновала предстоящая работа, и не столько из‑за смертоносных чужих, которым, конечно, уделялось некоторое внимание, сколько из‑за будущих соратников.

Мужчины говорили о других наемниках, отобранных Ливермором Эвастоном для работы на планете вместе с ними. У всех, казалось, были аналогичные причины вступить в это воинство. В основном рыцари фортуны, романтики с большой дороги, имевшие опыт войны с жуками и желавшие поселиться здесь впоследствии, – любители пощекотать свои нервы в опасной ситуации.

Эвастон, должно быть, пообещал им место здесь, на планете, в своей структуре, как только они ликвидируют его маленькую проблему. Соблазнил их работой проводниками, инструкторами по ведению боя, обслугой и невесть кем еще. Эти места были как раз для мужчин, чьей профессией был разбой, кто мечтал обрести пристанище. Рай земной.

– Я бы хотела познакомиться и с остальными, – сказала Мачико.

– Хоть сейчас. Я могу обежать их всех и позвать, – с готовностью предложил Лу. Он так и излучал избыток энергии.

– Нет, нет, не сейчас. Признаюсь, что… э‑э… мистер Аттила и я немного устали. К тому же я уже выпила свою норму пива. Завтра, на официальной церемонии знакомства с вверенным мне военным формированием. Было очень приятно познакомиться с вами в неофициальной обстановке. Но давайте на этом сегодня закончим. Хорошо?

– Я согласен, – сказал Дениэлс, вставая и почесываясь.

– И еще один вопрос, – сказала Мачико. – Казалось бы, жуки прекрасный материал для охоты. Как вы думаете, может быть, Эвастон хотел использовать их в этих целях, а твари как‑то вышли из‑под контроля?

Дениэлс нахмурился:

– При всем моем уважении к вам, мэм, удивляюсь, как такое могло прийти вам в голову. Тот, кто охотится на чужих ради забавы, или сумасшедший суицидик, или сам немного чужой.

“Устами громил‑пьяниц глаголет истина”, – подумала Мачико.

На этом они попрощались, и мужчины высыпали в коридор, собираясь поискать развлечений теперь в каком‑нибудь другом месте.

Нэд Санчес выходил последним. Мачико, положив руку ему на плечо, сказала:

– Мистер Санчес…

– Можно просто Нэд, – дружелюбно ответил тот.