– Хорошо. Если… если я понадоблюсь, то буду ждать за дверью, – выдавил мужчина.

Ксавье кивнул и снова посмотрел на женщину. Та нервно обхватила плечи руками, но не спускала с него глаз.

Раб вышел в коридор.

– Вера, – мягко спросил Ксавье, – откуда ты?

Она молчала.

Либо она боится его, либо осторожничает.

– Вчера, на невольничьем рынке, я видел тебя. Ведь ты была там, правда?

– Да. Была.

Его сердце замерло на миг и вновь забилось с бешеной скоростью:

– Ты…. американка?!

– Да, – кивнула она.

Он остолбенело уставился на нее, осмысливая ее слова, – и на смену изумлению пришел гнев. Его соотечественница, американка, томится в плену у паши! Невероятно, неслыханно! Он мигом позабыл, что только что страстно хотел ее. Нет, теперь это было попросту невозможно.

Он подошел к ней – она напряглась всем телом.

– Как вас угораздило попасть в плен? – спросил Ксавье, глядя ей прямо в лицо. – Как долго вы находитесь в Триполи? В Штатах знают обо всех до одной женщинах, оказавшихся в плену. Кто ваш хозяин?

– Джебаль, – хрипло ответила она.

Ксавье ничего не мог с собою поделать. Его обуяла бешеная ревность. Он достаточно повидал на своем веку, чтобы не строить иллюзий по поводу ее положения. Эта женщина – рабыня, и она живет в гареме. Она прекрасна и необычна. Наверняка Джебаль успел отведать этой красоты – как, впрочем, и другие. Решение созрело само по себе, прежде чем он успел его осмыслить. Она получит свободу – так или иначе – вместе с ним и его людьми.

– Они мучили вас?

– Вряд ли бы я это пережила, – прошептала она, едва переводя дыхание. Нечто невысказанное, горевшее в обращенных к нему изумрудных глазах, вселяло в Ксавье непонятную тревогу.

А еще под взглядом этих дивных глаз его сердце колотилось так, словно он был влюбленным мальчишкой.

– Вера, мне ужасно жаль, что все так случилось. И я приношу извинения и за мою страну, и за ее правительство. Могу лишь заверить вас, что в моем лице вы отныне найдете самого преданного друга и союзника.

– Вы – настоящий герой! – прошептала она.

– Вряд ли, – засмеялся Блэкуэлл. – Так как вы попали в плен?

Ее руки бессильно опустились. Ксавье застыл от напряжения. Она нервно облизала губы.

– Это долгая история.

– О, у меня много времени, – хрипло ответил он. – Если быть точным, у нас впереди целая ночь.

А вот этого говорить не следовало. Ибо к нему немедленно вернулись мысли, которые следовало беспощадно гнать из головы.

– Я направлялась в Гибралтар, – медленно произнесла она. – К своему мужу.

– Так вы замужем… – Он не в состоянии был скрыть разочарования.

– Он скончался, – слегка зардевшись, сказала она. – Незадолго до того, как я должна была встретиться с ним.

– Мне очень жаль, – солгал он.

– Теперь это уже не так важно.

– И вас захватили корсары?

– Да.

Он любовался ею. Он буквально упивался этим прекрасным лицом. Тяжело вздохнув, Ксавье заставил себя отвернуться и отошел к окну. Боже, что пришлось пережить этой бедняжке! Его первейший долг как мужчины и как американца взять ее под свою защиту, заботиться о ее благополучии.

– Почему сегодня вы оказались на бедестане?

– Я слышала, что вас захватили в плен, – пробормотала она чуть слышно. – И пришла, чтобы увидеть вас.

Капитан подумал, что сейчас его лицо наверняка пылает.