Ксавье снова пожирал ее глазами. Он был на волосок от того, чтобы выпустить на свободу бушевавшее в нем дикое пламя. Чтобы схватить эти руки, отвести их в стороны, опрокинуть ее на кушетку, сорвать эти прозрачные одежды и дотронуться до ее белых грудей. Он с трудом перевел дыхание и сказал:

– Мне необходимо повидаться с Нильсеном.

– Может быть, я могу вам помочь? – просияла она.

– Нет. Я не хочу без нужды подвергать вас опасности.

– Я не так уж беспомощна, Ксавье, – улыбнулась она.

– Вам никто не говорил прежде, что ваша речь кажется немного необычной? – улыбнулся он.

– Да, не раз… Мой Мурад знает это место, как свои пять пальцев. И он сможет передать весточку Нильсену.

– Мурад? Это тот раб, что пришел с вами? Ему позволено ходить, где он хочет?

– Ну, не совсем. Однако он располагает большей свободой, чем я.

– А какие, скажите, у вас с ним отношения? – полюбопытствовал Ксавье. Он ясно видел, что между ними есть определенная близость. К тому же Мурад примерно ее возраста и весьма недурен собою.

– Мы с ним оба пленники здесь, – ответила она. – И мы близкие друзья.

В его голове тут же поднялся вихрь странных подозрений. Уж не нашла ли она утешение от тягот плена в объятиях Мурада? Это было бы вполне естественно. Ох, он снова бешено ревновал. Да что же это с ним творится?

Капитан вскочил, не в силах усидеть на месте и не доверяя собственной выдержке в такой опасной близости от нее.

– Уже очень поздно.

Она мигом оказалась на ногах. Блэкуэллу бросились в глаза ловкость и грация ее движений, больше похожие на мужские, чем на женские. Хотя она на все сто процентов являлась женщиной – и его тело отлично это понимало.

– Как я не подумала – вы наверняка изнемогаете от усталости!

– Ну, не совсем, – натянуто улыбнулся он.

Она застыла на месте. Смущенно опустила глаза. Но вот она подняла взор – медленно и нерешительно.

Он словно прирос к полу, не в силах двинуться, не в силах заговорить. Прошло немало времени, прежде чем он обрел дар речи.

Она опередила его:

– У меня почему то… сердце колотится, как бешеное. – И нервно рассмеялась.

Ксавье, не в состоянии отвести взгляд, снова засомневался, сможет ли он сдержать себя.

– У меня тоже.

– Знаю, – прошептала она, оставаясь на месте. Не делая попытки приблизиться или отдалиться.

Он должен, должен держаться от нее подальше. Напрягшись всем телом, оглушенный, растерянный, Ксавье ринулся в дальний угол комнаты. Невидящим взглядом он уставился на усыпанное звездами небо. Кто она такая? Почему его так тянет к ней?

– Мы с вами встречались прежде? – обернулся он.

– Не совсем.

– То есть?

– Мне довелось побывать в особняке Блэкуэллов.

– Когда? – резко спросил он.

– Вас я там не застала. Я никого не застала. Ну, вообще то я просто проходила мимо.

– Вы из Бостона?

– Из Нью Йорк Сити.

– В Бостоне у вас друзья? Родные?

– Да, – выпалила она, нервно теребя тесемки на жилете. – У меня там друзья.

Он так и впился в нее взглядом. Что то опять не так. Отчего она вдруг так погрустнела? Из за его расспросов? Или оттого, что он до сих пор даже не поцеловал ее?

– Кого вы навещали в Бостоне?

– Разве это так важно?

– Я уверен, что мы встречались с вами. Где то, у кого то.

– Нет.

– Но может быть, я знаком с вашими друзьями?

– Нет, не думаю, – прошептала она.

Он пристально смотрел на нее. Бедняжка явно растерялась.