Она оглянулась и сказала:

– Я тоже ни на миг не сомкнула глаз.

Его окатило волной ликования. Он все понял. Как и он сам, она провела бессонную ночь – и по той же самой причине. Эти мысли пронеслись в его голове чередой неясных картин, полных неистовой страсти. Он был с ней едва знаком, благоразумие шептало об осторожности, о приличиях. Но ведь оба они пленники, оба находятся в заточении и не могут предвидеть своего будущего. В таких условиях, пожалуй, можно и позабыть о приличиях. Он стиснул зубы, стараясь сдержаться.

– Разве тебе позволено свободно ходить по дворцу? – спросил Блэкуэлл. Только теперь он заметил, что второй раб, Мурад, не отходит от нее ни на шаг и постоянно оглядывается, причем на лице его ясно написаны тревога и страх.

– Нет, – неохотно призналась она. – Не разрешено.

– Так ты подвергаешь себя ненужному риску! – не на шутку рассердился Блэкуэлл.

– Но ведь я обещала, что мы увидимся сегодня. А утро для этого подходит больше всего. Джебаль пошлет за мной не раньше вечера – или вообще ночью. – И она смущенно покраснела.

Ох, как взбесили Блэкуэлла эти слова! До безумия.

– Понятно. А если он все же станет искать тебя сейчас?

– Он никогда не вспоминает обо мне раньше полудня. – Судя по всему, она не решилась договорить до конца.

– И что же?

– Это не то, о чем ты подумал.

– Я вообще ни о чем не думал, – автоматически отвечал он. – Вера, я хотел, чтобы ты знала: я не покину Триполи без тебя.

– Ты покидаешь Триполи? – удивленно спросила она.

– Покину – рано или поздно. – Увидев выражение ее лица, он чуть улыбнулся.

– Понятно, – мигом успокоилась она. – Я хочу помочь. И я могу помочь. – Она пытливо глядела ему в глаза. – Мы могли бы сбежать отсюда вместе.

– Я надеюсь, что дело кончится выкупом, так значительно проще, – смущенно потупился он.

– Я так не думаю. Джовар люто тебя ненавидит. Паша тоже не пылает к тебе любовью. И как только ты откажешься принять ислам, их гостеприимству придет конец.

– Твой ум под стать твоей красоте.

– Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться об этом, – улыбнулась она. – Ксавье, нам надо немедленно начать составлять какой нибудь план.

– Нам? – Эта самоуверенность его позабавила.

– Я хочу помочь, – нисколько не смутившись, повторила она. – Я находчивая женщина. Я могу помочь. И Мурад тоже. Может быть, нам стоит сбежать немедленно. Здесь есть тайный подземный ход. Через него я выбираюсь из дворца, никем не замеченная. И пока вы наделены некоторой свободой передвижения…

– Я не могу бросить своих людей.

Она замолчала, растерянно глядя на него.

– А кроме того, у меня есть здесь еще одно дело.

– Какое дело?

– Вера, я не могу раскрыть тебе свои тайны, – улыбнулся Ксавье.

Она обиделась.

– Я обещаю, что постараюсь поскорее снова встретиться с тобой. Впрочем, об одной услуге я бы, пожалуй, попросил твоего раба. Пусть передаст от меня Нильсену пару слов.

– Запросто.

– Ты говоришь, как бывалый капитан, – ухмыльнулся Блэкуэлл.

– Я просто счастлива… – снова растерялась она, – я счастлива видеть тебя.

Ему хотелось бы признаться в том же самом, но слова не шли с языка. А еще ему хотелось признаться в том, что он женат, но и тут Блэкуэллу изменила решительность.

– Я бы хотел уведомить Нильсена, что прошу устроить нам свидание. Мне необходимо встретиться с ним, и чем скорее, тем лучше. А кроме того, я бы хотел узнать подробности о судьбе моего экипажа.