– Подожди, к U10 есть прямой доступ через азиатский магазин? – спросил я.

– Через подвал Кина, именно.

54

Нильс поставил ногу на верхнюю ступеньку винтовой лестницы, тем самым включив датчик движения. Холодный галогенный свет залил пространство внизу. Темная дыра превратилась в пустое помещение с неоштукатуренными кирпичными стенами. Над глиняным полом, метрах в двух под нами, я увидел нечто вроде бельевой веревки, натянутой через подвал. На ней висели строительные каски и темные дождевики.

С любопытством я начал спускаться по деревянным ступеням винтовой лестницы, пока Нильс еще разговаривал с Алиной.

– Предлагаю тебе подождать нас здесь. Мы с Александером осмотримся и вернемся максимум через десять минут.

– Даже не надейся! – фыркнула Алина. – Если я где и могу ориентироваться, то это в темноте.

– У нас есть свет! – крикнул я им и схватил один из строительных фонарей, которые стояли на деревянной полке. Только третий наконец вспыхнул. Похоже, Кин не соврал: его «специальным предложением» действительно не пользовались уже несколько месяцев.

Пока Нильс, после короткого, но безуспешного спора, помогал Алине спуститься по винтовой лестнице, я пытался найти проход к линии U10, но так и не обнаружил его в этом низком помещении.

Единственная дверь оказалась створкой узкого, но тяжелого металлического шкафа, который Нильс открыл для нас. И действительно: за ней скрывалась еще одна темная дыра, из которой тянуло еще более пыльным и куда более холодным воздухом.

– Нам туда? – спросил я и посветил строительным фонарем в нужную сторону.

Нильс кивнул.

– Здесь планировали сделать специальный вход для ремонтных работ, доступный через аварийный офис, в помещении которого сейчас находится азиатский продуктовый магазин. Пробой так и не заделали, и со временем о нем просто забыли.

– Как ты на него наткнулся? – спросила Алина.

– Чистая случайность. Я узнал о нем, потому что мои коллеги раньше всегда обедали здесь. Кин однажды поделился этим секретом с моим прорабом, а тот уже показал его мне.

Нильс снова пропустил меня вперед, чтобы помочь Алине, которая в этой незнакомой обстановке едва могла передвигаться самостоятельно. Тем более что за узким проходом, через который мне пришлось протискиваться боком, находилась опасно шатающаяся платформа. У меня закружилась голова, отчасти из-за глухого шума, который я сначала принял за воду, текущую из прорванной трубы. Лишь позже я понял, что это поток машин, мчащихся по соседнему туннелю.

– Спускайся первым, – сказал Нильс, который взял себе второй фонарь.

Я нащупал перила грубой деревянной лестницы, служившей временным спуском в одно из самых удивительных мест, которые я когда-либо видел.

«Все разграблено» – первая мысль, пришедшая мне в голову. Станция метро, простиравшаяся передо мной, выглядела так, будто ее годами разбирали по частям охотники за металлом и сырьем, утащившие все, что имело хоть какую-то ценность: рельсы, скамейки, киоски, таблички, указатели – ничего не осталось. Хотя это не совсем верно. На самом деле всего этого здесь никогда и не было.

Мои шаги эхом отдавались от голых бетонных стен станции-призрака, которые были исписаны непонятными для меня граффити. То тут, то там я наступал на мусор: обертки от фастфуда, маски FFP2, пустые баллончики из-под аэрозоля, презервативы.

– Что это там? – спросил я.

– Что ты имеешь в виду? – откликнулась Алина, которая, разумеется, не могла видеть, на что я указывал – странный объект на самом краю светового круга моего фонаря, появившийся в путевом рву впереди.

– Похоже на яйцо. Или на фрукт, – вслух размышлял Нильс, явно не менее удивленный, чем я.