Все, с меня довольно, подумала Роуз. С меня более чем достаточно.

Она пошла в свою комнату и лихорадочно запихнула в дорожную сумку кое‑какие вещи и несколько книг, положила в рюкзак косметику и зубную щетку, затем остановилась и быстро огляделась, соображая, не забыла ли чего. Нет, все взяла.

Угораздило же ее поселиться в одном доме с чертовыми психами! Больше она здесь оставаться не желает, пора сваливать, пока сама не спятила. Деньги за комнату отправит потом по почте. А прямо сейчас, если поторопиться, можно успеть на поезд в Олдем, где живут родители. Если она опоздает, то позвонит домой и папа приедет за ней на машине. Конечно, он начнет нудеть и заведет свое бесконечное «я же тебе говорил», но все равно приедет. Это по‑любому в тысячу раз лучше, чем провести в здешнем дурдоме еще хотя бы одну минуту.

Роуз вышла, захлопнула за собой входную дверь, а ключ бросила в почтовый ящик.

Энни сидела на ковре в гостиной в позе лотоса. Она целиком сосредоточилась на том, чтобы правильно дышать, а мысли могут лететь прочь, подобно пузырькам воздуха, она их не держит. Вдох… выдох. Вдох… выдох.

Стук в дверь нарушил ее сосредоточение. Она недовольно посмотрела на часы. Уже четверть одиннадцатого. Кого это принесло в такое время? Ну, все равно настрой пропал, медитация полетела к чертям… Она встала, услышав, как хрустнули коленки – а потому что заниматься надо регулярно, а не урывками! – и пошла посмотреть, кто там.

Оказалось, Нерис Пауэлл, женщина‑спецназовец.

– Что вы здесь делаете? – спросила Энни. – Вам не следовало приходить. Чамберс будет в ярости.

Нерис подняла руки, признавая, что не права.

– Я понимаю, поверьте. И прошу прощения. Но все‑таки можно мне войти? Пожалуйста, мне очень нужно поговорить с вами. Буквально две минуты. А Чамберсу ведь совсем необязательно об этом сообщать, правда?

– Как вы узнали, где я живу?

– У меня друг работает в отделе кадров.

– Кто?

– Просто друг.

– Я ведь могу довольно легко выяснить…

– Зачем вы так говорите? Что вы имеете в виду?

– Ничего. – Энни мрачно вздохнула. – Только то, что вам не надо было приходить. Это неправильно.

– Чего вы так боитесь? Что вас увидят со мной? Так чем быстрее вы меня впустите, тем лучше. И потом, отсюда до Иствейла неблизко. Я понимаю, сейчас уже поздно, и еще раз прошу прощения. Но я заходила раньше, вас не было. Я пошла побродить по округе и все пыталась набраться храбрости, чтобы вернуться. Зашла в паб, выпила пару глотков. Я просто хочу с вами поговорить, вот и все. Никто об этом не узнает.

– Ну, это как сказать… Не следует мне этого делать. – Энни в задумчивости прикусила нижнюю губу, пытаясь сообразить, как поступить. Она еще не до конца вернулась к реальности после медитации. Пьяной Нерис вроде не выглядит… Наконец Энни решительно распахнула дверь и сказала: – О’кей, входите. Буквально на две минуты.

Нерис вошла и огляделась:

– Уютно.

– То есть, иначе говоря, тесно.

– Со вкусом.

– То есть – простенько и без затей.

Нерис рассмеялась:

– Нет, правда, мне нравится.

– Садитесь. Хотите чаю? Или, может быть, кофе?

– Нет, спасибо.

– Уверены?

– «Тело – это храм. Заботься о нем».

– Ну, а я выпью бокал вина.

– Мм, в таком случае… – Нерис улыбнулась и кивнула.