– Они наверняка нас увидят, – пыталась возразить Зэп‑210– Они за нами погонятся и убьют.

– Вполне возможно, – сказал Рейт. – Тем не менее, лучше будет, если мы уйдем.

Он выглянул и внимательно посмотрел на поляну.

– Сначала ты. Беги за хижину. Я пойду за тобой.

Зэп‑210 выскользнула из комнаты. Женщины на платформе пели все более призывно; голые мужчины стояли в кругу.

За хижиной Рейт нашел Зэп‑210. Были ли они замечены? Пение продолжалось, становясь то тише, то громче.

– Иди через рощу к окраине. И не оглядывайся.

– Это смешно, – пробормотала Зэп‑210 – Почему это мне нельзя смотреть назад?

Она пошла в сторону леса. Рейт следовал метрах в шести за ней. Из хижины донесся бешеный вопль. Пение сразу же прекратилось, воцарилась мертвая тишина.

– Беги! – крикнул Рейт.

Они помчались по священной роще, срывая с себя маски и шляпы.

Позади них раздался страстный и злой рев, но хоры их не преследовали; возможно, их сдерживало то, что они были совершенно голыми. [10]

Рейт и Зэп‑210 добежали до края рощи. Здесь они остановились, чтобы отдышаться. Небо было уже чистым, и лишь возле голубой луны еще виднелись несколько клочьев облаков.

Зэп‑210 посмотрела вверх.

– А что это за маленькие огоньки?

– Это звезды, – объяснил Рейт. – Далекие солнца. Около большинства из них вращаются группы планет. С одной из них, под названием Земля, происходят люди: твои предки, мои и даже хоров. Земля – это родина людей.

– Откуда ты все это знаешь? – спросила Зэп‑210.

– Я расскажу тебе об этом как‑нибудь в следующий раз. Не сегодня.

Они пошли по заросшим травой холмам сквозь ясную звездную ночь, и у Рейта временами появлялось странное чувство. Ему представилось, что он будто бы еще очень молод и гуляет под чистым звездным небом по лугу со стройной девушкой, которая его очаровала. Сон, галлюцинация или что‑то еще, что пробуждало в нем такое настроение, стало настолько сильным, что он взял шедшую рядом Зэп‑210 за руку. Она искоса взглянула на него, но возражать не стала: еще один непонятный аспект удивительного Гхауна.

Некоторое время они так и шли дальше. Постепенно Рейт вернулся к действительности. Он брел по поверхности Чая. Его сопровождала… Почему‑то он не довел мысли до конца. Словно почувствовав ход его мыслей, Зэп‑210 сердито вырвала у него свою руку. Может быть, она тоже на какое‑то время погрузилась в мечтания.

Они молча шли дальше. Когда голубая луна стаяла уже прямо над ними, они наконец добрались до гор из песчаника и нашли у их подножия защищенную нишу. Закутавшись в свои плащи, легли на песок. Рейт не мог заснуть. Он смотрел на небо и слушал, как девушка дышит. Она тоже не спала. Почему же он так стремительно, несмотря на опасность погони и смерти, решил убраться из рощи хоров? Чтобы защитить невинность девушки? Смешно. Он в темноте посмотрел на ее лицо – бледное, повернутое к нему в свете луны пятно.

– Я не могу заснуть, – тихо пожаловалась она. – Я очень устала. Поверхность нагоняет на меня страх.

– На меня иногда тоже, – согласился с ней Рейт. – Так ты предпочла бы оставаться в подземельях?

Как всегда она не ответила прямо.

– Я никак не могу понять, что я видела. Я не всегда понимаю саму себя. Такого пения, как сегодня, я никогда раньше не слышала.

– Они поют мелодии, которые существуют тысячелетия и никогда не меняются, – объяснил Рейт. – Может быть, эти мелодии принесены сюда еще с Земли.

– Но они показывались другим без одежды! Так поступают на поверхности все люди?

– Не все, – успокоил ее Рейт.