Уайат опустил голову:

— Забыл, прости… Тебе пришлось многое повидать за последние полтора года, да? И смерть… и горе…

— Да, — кивнул Лукас.

— Туго тебе приходится? Я имею в виду: как тебе удается проходить через это без переживаний?

Лукас и прежде слышал подобные вопросы, и ответ на них у него был давно готов.

— Я просто концентрируюсь на том, что я способен изменить, на том, что я могу проконтролировать. На поисках людей, потерявшихся или похищенных. Если мне не удается обнаружить их живыми, если я опаздываю, я ищу то, что от них осталось, — их тела. Когда я нахожу убийцу, я сажаю его за решетку, туда, где он и должен находиться. Иначе говоря, я по мере сил помогаю живым и мертвым.

Лицо шерифа дернулось.

— Тогда скажи мне одну вещь — почему Линдси? Зачем этот сукин сын похитил ее?

— Ответ ты и сам знаешь — побольнее ударить. Тебя, меня. Поиздеваться над теми, кто ее знал и помнит. Он бросил вызов всем нам. Он похитил ее буквально из-под носа, пока мы следили за Кэрри.

— Это твоя мадам Зарина навела нас на ложный след.

— Перестань, Уайат! — Лукас покачал головой. — Я понимаю, что тебе сейчас хочется кого-то обвинить в случившемся, но только Саманта здесь ни при чем. У нее есть свои недостатки, но что касается ее экстрасенсорных способностей, то я не знаю никого, кто предсказывал бы точнее. Я абсолютно уверен, что она рассказала именно то, что увидела.

— Ты хочешь сказать, что даже настоящий экстрасенс может ошибиться?

— Совершенно верно. — Лукас опустил глаза и нахмурился. — Хотя предсказания Саманты всегда были точными, — проговорил он, словно обращаясь не к шерифу, а к себе. — Наверное, лучше додумать о том, почему она увидела не Линдси, а другую жертву.

— Может быть, Зарина что-то пропустила и Кэрри Вотан станет следующей? — отозвался Меткалф с видимой неохотой.

— Она видела газету за четверг и узнала ее на фотографии, которую тебе прислал преступник.

— Значит, она соврала.

— Нет. В подобном случае она никогда так не поступит.

— Ты так уверен в ней?

— Уайат…

Шериф перебил его:

— Ты полицейский и не чувствуешь элементарной ловушки? Вот смотри — она сама, — шериф сделал ударение на этом слове, — приходит к нам, заявляет, что готовится второе покушение, и, якобы чтобы доказать свою невиновность, добровольно садится под арест. Мы бросаемся к потенциальной жертве, начинаем следить за ней. В результате она жива и невредима, а исчезает совсем другой, ни в чем не повинный человек. Ты спокойно разводишь руками и говоришь, что произошла ошибка и Зарина не виновата.

— Уайат, ты прекрасно знаешь, что она не похищала Линдси.

— Своими руками — нет, но чужими — возможно. Никто не знает, сколько на самом людей замешаны в похищениях. Если бы действовал один человек, вы бы со своими талантами давным-давно его схватили. Так или нет? теперь представь, что все это время вас попросту дурили. Люк, давай на минуту предположим, что Саманта Берк действует не одна, а с напарником. Ну или с другом, имя которого она скрывает. Разве не может за всеми преступлениями стоять кто-то из циркачей?

— Ты же всех их проверил.

— За ними в прошлом ничего не числится, это правда. Но разве мало на свете преступников, которых просто не ловили за руку? Бродячий цирк, который нигде надолго не задерживается… маленький рэкет… удобно, да? Приезжает в город, срубает немного бабок — и ищи-свищи.