— Да что могут сделать нам зеленые юнцы? Троим мужикам? — засомневался Николай. — Всю эту кодлу в минуту скрутим в штопор.

— Как раз! От крутых кулаком не отобьешься. У них «пушки». Они не только тебя размажут, а и покрышки продырявить могут. Потому сделал финт, вроде торможу, взять их хочу. А сам выключил габариты, чтоб не сориентировались, и по скоростям!

Николаю стало не по себе. Но все же спросил:

— А давно шоферишь на фуре?

— Шестой год, — ответил водитель.

Калягин вздохнул спокойно. Понял по-своему,

что мужики решили запугать или взять на «понял».

«Шесть лет — немало. Небось сколотил деньжат. И дальше не хочет конкурентов. Коли было бы плохо, ушел бы давно. А тут — в ночь поехали. Решили, что я слабак! Да только не на того нарвались», — усмехнулся про себя, откинулся па спинку сиденья, решил вздремнуть.

— А знаешь, почему мы ночью поехали? обратился к Кольке.

— Интересно. Скажи! — отозвался тог.

— Да потому, что днем еще опаснее ехать с таким грузом. Мало того, что звон бутылок в купоне издалека слышен, любой гаишник, проверив нас, всем своим сообщит, что везем. По рации. А среди гаишников тоже хватает всякой шелупени.

Едва Ленька сказал, впереди увидели синюю мигалку и двоих ребят в форме. Один из них потребовал остановить машину.

— Предъявите документы! — потребовал строго. Ленька толкнул в бок задремавшего Виктора.

— Что везем? — потребовали открыть груз.

— Вот путевой лист! В нем все указано!

Но гаишники тщательно проверили груз.

— Почему путевка выписана завтрашним днем?

— Не захотели ждать. Домой торопимся. Вот забросим груз по дороге и скорей к семьям. Устали!

— Придется подождать! Спешить нужно разумно, — сел в машину, включил рацию, долго с кем-то говорил, что-то выяснял. Потом вернулся к фуре, отдал документы водителю.

— Ну, на этот раз пронесло!

— А ты меньше трепись о гаишниках, когда сидишь за баранкой. А то они на помине, что черти на овине! — выругался Виктор.

— А когда в Тюмени будем?

— Это как повезет. Заранее не загадывай!

— Послушай, Лень, а почему ты ездишь без сменщика? — спросил Калягин.

— Не могу подыскать напарника. Все не то! С виду вроде нормальные мужики. А в дорогу с ними нельзя. В дальние рейсы не берем случайных. Почему? Сам поймешь, — и продолжил: — Знаешь, сколько исколесил? Если все посчитать, вокруг земли сотню витков намотал. Где только не был! Всюду носило. От Якутска до Мурманска! Всю Сибирь и Среднюю Азию, Белоруссию и Украину, даже на Кавказе побывал.

— А там что делал?

— Возил оборудование! На заводы! В контейнерах. Вот где дорога! За миллион зеленых не соглашусь ее повторить.

— А почему?

— Не хочу, уезжая из дома, оставлять завещание и со своими детьми, на всякий случай, прощаться навсегда.

— Ленька! Глянь, пацаненок на дороге голосует! Давай возьмем! — указал Николай на мальчишку лет десяти, одиноко торчавшего у обочины.

— Расскажи ему, Вить! — проехал водитель

мимо мальчонки, озябшего вконец.