Странник отрицательно покачал головой.

– Нет, приятель, так не пойдет. Это совсем не то, чего бы мне хотелось. Если меня убьют, захватят в плен или покалечат так, что я не смогу идти, ты должен проводить мою женщину к соленой воде. Туда, где живут бленары‑па. Обещаешь?

Дикарь снова задумался и, наконец, кивнул:

– Нуг‑Ун обещать.

– Вот и отлично! – Блейд одобрительно похлопал сенара по плечу. – Но моя женщина не пойдет с тобой, если не будет знать, куда и зачем ты ее ведешь. Я должен объяснить ей, что вы отправитесь к друзьям за Бурую реку. Понимаешь?

– Нуг‑Ун не хотеть, чтобы самка знать о бленарах. Она сказать другим в городе. Самки приходить сюда с острыми палками…

Опять та же история, раздраженно подумал Блейд; ему уже надоело уламывать этого упрямца.

– Она никому не скажет, – резко прервал он сенара. – Как она выберется из вашего леса? Ты ведь поведешь ее не в город, а к бленарам‑па, так?

– Так, – неохотно подтвердил Нуг.

– Вот видишь, бояться нечего! Никто сюда не придет, потому что моя женщина больше не вернется в город и никому ничего не расскажет. Пусть голокожие с Бурой реки заберут ее к себе, если меня убьют в лесу. Но запомни: для этого ты должен отвести ее к ним. Ты должен обещать мне, что сделаешь все как надо; тогда я буду спокоен, буду знать – ты меня не подведешь.

– Нуг‑Ун все сделать все как надо, – согласился дикарь и после паузы добавил: – Нуг‑Ун проводить самку к соленой воде.

Блейд в знак благодарности потрепал его по мохнатой спине, затем вернулся к Вайале, разбудил ее и сообщил о своих переговорах. Их результат девушку не обрадовал; она задрожала при одном упоминании о том, что ее спутника могут убить.

– Тогда я тоже умру! – ее голос был полон решимости. – Этот сенар верен и предан, пока ты жив, но что будет, если я останусь с ним одна?

Странник терпеливо вздохнул.

– Если ты считаешь, что тебе лучше умереть, ты умрешь. У тебя есть кинжал, и проткнуть себе горло – недолгая работа. Но если ты все‑таки доверишься Нугу, то у тебя будет возможность добраться до Бурой реки и жить там с бленарами.

– Жить там, где властвуют мужчины? – Вайала была шокирована.

– Конечно! – подтвердил Блейд, его терпение уже иссякало. – И если ты окажешься умной девушкой, то найдешь парня, которым будешь командовать по своему разумению. Красивая женщина, когда постарается…

– Нет, – решительно перебила его Вайала, – мне никто не нужен, кроме тебя! Ладно, я пойду с волосатым, раз ты этого хочешь, но кинжала из рук не выпущу!

– Наконец‑то, клянусь Великой Матерью! – со вздохом облегчения вымолвил Блейд. – Ты прекрасная девушка и очень храбрая, только слишком упрямая. Но, глядя на тебя, я начинаю лучше думать об остальных бреггани. – Он поймал себя на мысли, что этот комплимент был почти искренним. – Ну, а теперь давай ложиться спать. Нуг покараулит.

Нуг‑Ун охранял их сон столь же надежно, как и всегда, ночь прошла спокойно. На завтрак они набрали ягод, а затем тронулись дальше, не дожидаясь, пока полностью рассветет.

Лес редел, деревья становились ниже и выглядели както странно; многие были лишены коры, другие вздымали к небесам голые сучья, стволы третьих поросли багровым мхом. Нуг‑Ун заметил, что в одном переходе на восход солнца лежит плохая земля, куда сенары не ходят. Раньше они даже не приближались к ее границам, опасаясь злых духов, вселявшихся в человека. Духи были страшными, очень страшными; у тех, кто попадался им, слезала кожа, и тело начинало гнить. «Фиолетовая Пустошь», – подумал Блейд, припомнив рассказы Вайалы, и обратился к девушке за подтверждением.