-  А бес его знает! - сердито сказала Маланья Никитична. - Слышишь? Пришел!

    В соседней комнате наши охранники громко и отчетливо рапортовали государю, что служба протекает спокойно, и никаких происшествий не случилось. Самого императора я пока не слышала, но попыталась настроиться на его мысли. Однако вместе с ним пришло слишком много людей, в голове у меня зазвучало сразу десяток голосов, и понять, какой принадлежит царю, я сразу не смогла.

    -  Пожалуйте сюда, Ваше Величество, - кто-то громко сказал в караульной комнате, и наша дверь без стука распахнулась.

    Уже знакомый мне щуплый человек невысокого роста вошел первым и остановился возле порога.

    Мы с Маланьей Никитичной молча склонились перед ним в глубоком русском поклоне. Павел нас как бы ни заметил, прошел в середину комнаты и подозрительно огляделся.

    -  Что за мерзость, - подумал он, - нигде нет порядка. Я уже, кажется, видел эту девку. Надо узнать, что она делает во дворце.

    -  Ты кто? - неожиданно спросил он меня.

    Вариантов ответа у меня не было и я, как и в первый раз ответила:

    -  Алевтинка, Ваше Величество!

    Павел меня сразу вспомнил и насмешливо спросил:

    -  Теперь запомнила, что я не барин, а Российский император?!

    -  Запомнила, Ваше Величество, - ответила я.

    -  Ну, то-то же! - почти добродушно, сказал он. - Петр Алексеевич, ты брался узнать, кто она такая и что делает в Зимнем, узнал? - спросил он через плечо.

    -  Так точно, Ваше Величество, - раздался из соседней комнаты знакомый голос. - Все, что смог, узнал, но еще много неопределенности.

    -  Поди сюда, объясни, - нетерпеливо позвал государь Палена.

    Граф прошел сквозь эскорт расступившихся придворных и подошел к Павлу.

    -  Что узнал и что еще за неопределенность? - требовательно спросил царь.

    -  Простите, государь, но этот вопрос требует строгой секретности, - склонившись к уху императора, тихо сказал вельможа.

    Что за ерунда, опять, поди, меня пытаются морочить, - подумал Павел, а вслух, насмешливо, сказал Палену:

    -  Что это еще за секретная Алевтинка? - потом приказал свите. - Оставьте нас!

    Все, кто успел просочиться в комнату, поспешно вышли.

    -  Ты тоже уходи, - приказал, Пален Маланье Никитичне, - а ты останься, - добавил он, заметив, что я собралась выйти вместе с ней.

    Теперь мы остались втроем. Царь с вельможей стояли посередине комнаты. Я возле стены с опущенной головой. Сердце у меня сковал страх. Одного неосторожного слова графа было достаточно, чтобы маленький, недоверчивый человек отдал страшный приказ.

    -  Так что за секреты у Алевтинки? - повторил вопрос император.

    -  Государь, есть подозрение, что эта девушка - племянница Дантона! - по-французски ответил Пален.

    -  Кого?! - чуть не подскочил на месте император. - Какого еще Дантона?!

    -  Того самого мерзавца-якобинца! - значительно сказал военный губернатор.

    Павел Петрович был так поражен необычной новостью, что ничего не говорил, а только буравил меня взглядом.

    -  Да как же такое могло случиться? Откуда она у нас в России?

    -  Это я и пытаюсь выяснить, Ваше Величество, дело давнее и темное, много неясности.