То же самое происходило со всеми обитателями города.

Теоретически, вокруг Мертвого можно было создать своеобразную буферную зону, очертив радиус в сто — сто пятьдесят километров, выселив оттуда мирное население, но его императорское величество тогда решили по-другому, справедливо рассудив, что в глубинах Мертвого могла таиться более серьёзная угроза, чем то, что город демонстрировал в данный момент.

Проверять истинность этого утверждения не хотелось никому.

Именно поэтому стена была всё-таки закончена и укреплена самыми мощными заклинаниями, которые до сих пор обновлялись раз в несколько лет специальной выездной комиссией, включающей в себя большинство сильнейших Одарённых Российской империи.

Почти два десятка лет потребовалось на то, чтобы народ свыкся с тем, что рядом присутствует что-то такое, что не поддаётся логическому объяснению.

Всё это время Романов всячески поощрял население, которое основало маленькое поселение неподалеку Мёртвого, выделяя солидные дотации на его содержание и дальнейшее развитие.

Государь понимал, что те, кто способствует пролитию света на происходящее за Заслоном — в один прекрасный момент принесут немалую пользу Российской Империи. Время показало, что это решение полностью себя оправдало.

Вот тольк император ошибся в другом.

Изначально крошечное поселение стремительно разрослось до небольшого городка, чтобы через неполное десятилетие превратиться в огромный город, став по количеству населения в один ряд со столицей империи — Петроградом.

Во все времена людей привлекала жажда быстрой наживы и легкие деньги.

Рискнуть жизнью в надежде сорвать огромный куш и обеспечить себе безбедную старость. Движимых этим девизом оказалось значительно больше, нежели тех, кто готов тяжело трудиться, год за годом собирая копейку к копейке.

Странно, что и аномальная зона за Заслоном и населённый людьми город имели одно и то же название — Мёртвый. Жители давно перестали разделять запретную зону и жилые кварталы, считая территорию за Заслоном неотъемлемой частью города.

Мёртвый являлся полностью автономным и способным прокормить своих жителей. Он формально хоть и относился к империи, но на деле здесь царили свои законы, на которые император то ли не хотел влиять, то ли не мог, полностью отдав Мёртвый на откуп одному из подразделений Тайного Приказа.

* * *

В город они въехали ранним утром, когда предрассветный туман ещё не успел опасть влагой на мостовой.

Несмотря на то, что на часах было пол-пятого утра, Мёртвый уже гудел как растревоженный улей с дикими пчёлами, в который кто-то специально ткнул палкой.

Всевозможные лавки, которые в такой час должны быть закрыты, а их хозяева видеть третий сон, работали, что весьма удивило Полозова, для которого светлореченский ритм был более привычен.

Полозову с Алисой требовалось найти какую-нибудь гостиницу, поскольку последние двое суток они толком не спали, стремясь поскорее добраться сюда.

— Может сначала где-нибудь перекусим? — устало поинтересовалась Алиса, которую не меньше Полозова вымотала эта бесконечная дорога. — А потом уже будем искать, где бросить свои вещи.

Пете оставалось только вздохнуть.

«Бросить вещи». Не «расположиться», «стать на постой» или «заселиться», а «бросить вещи».

«Возможно в этом медвежьем углу подобное поведение, наоборот, не будет выбиваться из общей канвы», — скептически подумалось парню.

В чём-то он был прав, поскольку Мёртвый разительно отличался от Светлореченска или того же Краевска.

Взять хотя бы то, что абсолютно все заведения здесь, действительно, работали круглые сутки. Пока непонятно, чем это было обусловлено, но Полозов моментально оценил удобство необычного ритма города.