Всё тут же прояснилось, а карта увлекла.

Причём надолго.

Причём не меня.

— Озеро Рындозеро, — улыбаясь, зачитывала Шиза и тыкала пальцем в карту. — Хы-хы. А вот озеро Сарозеро.

Да, разговор с Павлом Третьим прошёл гладко. И да, все мои просьбы были удовлетворены.

Не исключаю, что всё это произошло лишь благодаря тому, что Воронцова настоятельно попросила меня умерить свой боевой пыл, а вместе с ним выкрутить дерзость на минимум. А то я, по правде говоря, и впрямь разошёлся. В какой-то момент мне даже показалось, что Наталья Эдуардовна вот-вот влепит мне трезвящую пощёчину.

Ну…

Так-то она была права.

Врываться к самодержцу Российскому с ноги, — пускай и через видеомост, — и с порога начинать качать и требовать — это как-то… не очень вежливо, что ли? Император всё-таки, а не оператор МФЦ. Никому ничего не должен.

Так что беседа прошла вполне себе доброжелательно.

Иногда мы даже улыбались.

Для начала я объяснил Павлу ситуацию. А он меня, вроде как, понял. Свою оплошность Император, конечно же, вслух не признал, — да и вопрос так не ставился, если уж честно, — но согласился с тем, что мой план выруливания хорош.

Итого:

Мы совершаем героический подвиг и закрываем проблемный рифт, а он быстренько даёт нам баронский титул. Противостояние с Кольцовыми в этом случае переходит в совершенно другое качество и всё. Мы, — как актив, — остаёмся на службе Империи.

А чтобы Пашка, — про себя я уже по-свойски называл его Пашкой, — не переживал почём зря, я пообещал ему страховку. Дескать, так и так, в случае нашей преждевременной кончины, мой доверенный человек передаст Императору секреты рун.

— Но это не значит, что нашей преждевременной кончине нужно способствовать, — подчеркнул я.

— Само собой, — согласился Пашка. — Признаться, меня такое предположение даже немного задевает.

— Ну я на всякий.

— Ну так и я на всякий.

Причин не верить Императору у меня не было. Всё-таки и без того на голом доверии держимся, и никаких ножей в спине я до сих пор не замечал. Пофигизма и неорганизованности — да, хватало. Но не подлости.

Итак…

Нам был обещан транспорт до Карельского рифта, при виде которого гаишники отдают честь, и прочая посильная помощь. Военные, что охраняли рифт от прорывов и вели всяческую сопутствующую административную деятельность, уже были в курсе и ждали нас. С хлебом. С солью. И с потной чарочкой, если уж совсем повезёт.

С Самих Верхов им было велено не подпускать к рифту никого кроме нас, а все резервы аристократов на ближайшую неделю отменить к чёртовой матери.

Ну… что ещё сказать?

Сели, да поехали.

— Озеро Волкозеро, — продолжала вслух и через «хы-хы» зачитывать Шиза. — Озеро Кукозеро. Да, древние карельцы с неймингом особо не заморачивались.

— А ты уверена в существовании древних карельцев?

— Ну кто-то же всё это называл, — пожала плечами Елизавета Романовна. — О! О! Лужандозеро! Хы-хы-хы-хы! Вообще не парились!

Ровно в два часа дня мы проехали подмосковное Пушкино. Впереди было ещё восемьсот километров пути. Учитывая, что гнали мы во весь опор и с мигалками, то у нас были все шансы добраться до места часам к девяти.

Что до места — судя по карте, проблемный рифт находился на тонкой полоске суши между двумя озёрами. Онежским и…

— Вот оно! — крикнула Шиза. — Нашла! Тудозеро!

…между Онежским и Тудозером.

Ехали на трёх машинах. В первой сопровождение из сотрудников Тайной, во второй мы с Шизой и Костей, а в третьей Лёха и София Романовна.