— Льстец. — смешливо фыркнула герцогиня Мекленбурга.

— Я если и льщу, то только от чистого сердца.

— О… тебе тоже понравилась эта присказка моего племянника?

— Изящные слова не грех и перенять.

— И то верно. Ну что, показывай, как у тебя тут идут дела. Признаться, я безумно интригована.

— Тебя интересует биржа?

— Господь с тобой! Какая биржа? О твоих игорных домах столько пересудов. Говорят, что нет такой игры, в которую бы тут, в Фердене нельзя было поиграть.

— Льстят, — усмехнулся Меншиков.

— Серьезно?

— Есть много игр, в которые у меня нельзя поиграть. Если игра идет не на деньги, скорее всего, ты ее у меня не найдешь.

— А новый бильярд тоже завел?

— Это какой же?

— Не слышал? Мой племянник придумал новую разновидность этой игры. Довольно занятную. Простую и сложную одновременно. Мы с супругом у себя уже поставили несколько столов.

— И в нее можно играть на деньги?

— Разумеется, — улыбнулась Наталья Алексеевна. — Ты можешь себе представить, чтобы Алексей Петрович занимался чем-то, что не приносит выгоды?

— Сложные вопросы ты задаешь, Наталья Алексеевна. Философские. Боюсь, что я такого даже вообразить не могу. — покивал головой Меншиков. — Помню в какие-то моменты мне казалось, что вот — он стал заниматься чем-то для души. Но чуть погодя вскрывались какие-то прибыли или выгоды этой страсти…

— Заведи этот бильярд у себя непременно.

— Обязательно. Сегодня же напишу ему письмо.

— Какая игра у тебя самая популярная?

— Фараон. Глупая и страшная. В одночасье можно остаться в одних подштанниках, садясь за стол весьма состоятельным человеком.

— Да уж… — покачала она головой. — Тебя девицы не донимают?

— Немного. Но я осторожен.

— Это правильно. — и поманив его поближе, шепнула на ушко, — я слышала очень нехорошие слухи.

— Какие? Не томи.

— Говорят, что тебя хотят женить. — голосом заговорщика произнесла Наталья Алексеевна.

— Это действительно страшное известие, — с трудом сдержав улыбку, ответил шепотом Меншиков. — И кто же?

— Я.

— Кхм… — поперхнулся Александр Данилович. — И кто же невеста?

— Сестра моего мужа — София Луиза Мекленбург-Шверинская, известная как Мекленбургская Венера.

— Ты серьезно?

— Александр Данилович, ты думаешь, что я проделала столь долгий путь, чтобы пошутить?

— Извини. Понимаю. Но и ты меня пойми — это все так неожиданно. К тому же до меня доходили слухи, что к ней собирается свататься наследник престола Пруссии.

— Мало ли что он собирается делать. Я покамест не понесла. И неизвестно — рожу ли.

— Бог даст обойдется.

Она поманила Меншикова пальцем и тот охотно подался вперед.

— Мой муж тяжко болен срамной болезнью. — прошептала она Александру Даниловичу на ушко.

— Вы…

— Да. И я с ним все обговорила. Тебе мой брат доверяет. И упускать Мекленбург из орбиты интересов России он очень не хочет. А как излечить недуг моего супруга никто не ведает. Слишком он был горячим ходоком в юные годы. Вот и расплата. Господь карает за блуд.

— Я слышал, что Алексей Петрович завел себе темнокожих служанок.

— Нашел новость.